Однако вскоре беспределу пришел конец. И положило его УНБ. В одно прекрасное утро обнаружилось, что за ночь в городе погибло тридцать шесть человек. Все из числа причастных к наркоторговле. Из них восемь – большие и средние боссы. Кто-то был расстрелян, кто-то отравлен, кто-то зарезан, одного босса с девятого этажа сбросили, еще одного в собственной ванне утопили. Дон Карлос тоже погиб – от укуса рогатой гадюки. Откуда эта смертельно ядовитая змея взялась в центре города, в роскошном гостиничном номере на четвертом этаже, и куда она делась потом – никто не знал. Вернее, знали-то многие. Просто вслух предпочитали не говорить.
После этого жуткого удара и полиция взялась за дело – по городу, да и по всей стране прокатилась волна арестов. Правда, были попытки свернуть все в старое русло. Например, при обвинении одного из уцелевших боссов свидетели пытались отказаться от показаний – пять человек явились в полицию и забрали свои заявления. Но вечером того же дня взорвалась машина с четырьмя охранниками обвиняемого. А утром следующего та самая пятерка снова заявилась в полицию с теми же заявлениями. И вид у них был еще более напуганный, чем когда они эти бумажки забирали.
Разумеется, неоднократно с самых высоких трибун заявлялось, что никакого отношения ко всем этим событиям УНБ не имеет. Погибли мафиози из-за собственных разборок и несчастных случаев. А что тридцать шесть в одну ночь... Ну такая уж вот неудачная ночь выдалась. А аресты – дело рук исключительно полиции, на которую никто не давил и ни к чему не принуждал. С тех пор остатки мафии вели себя тихо. Выкорчевать наркоторговлю совсем никто не пытался, просто бандитам указали их место.
В общем, серьезная контора УНБ. Очень серьезная.
«Интересно, они-то почему нами занялись? – подумал Мангуст. – Или это не контора, а просто инициатива кого-то из ее сотрудников, который корочками прикрывается?»
Такая версия тоже имела право на существование. Сотрудники любой спецслужбы иногда могут попытаться сработать на себя, пользуясь и прикрываясь служебным положением. Хотя даже если так, не факт, что от этого легче. Находящийся на государственной службе человек обязан хоть какие-то правила соблюдать. А работающий только на себя не обременен ничем.
«Ладно, хватит по древу мыслью растекаться!» – оборвал Мангуст собственные рассуждения. В самом деле, чтобы судить о том, кто был тип из «Форда», не хватало информации. Значит, нужно добывать ее, а не корчить из себя великого мыслителя. Тем более что ушибленный Ункас, похоже, пришел в себя и вознамерился убраться восвояси. Не стоит отпускать его так просто, без душевного разговора.