Этот люкс, самый роскошный в «Нефритовом дворце», остался без мебели; кабинетный рояль, резная четырехспальная кровать и наборы мягкой мебели остались на складе «Гран-при». Однако стены были покрашены, ковровое покрытие уложено, и…
– У нас полно пепельниц, – заметила Мейлин, рассматривая целый набор цветных пепельниц из флорентийского мрамора на полу. – Это отлично.
– Правда? – спросил Сэм. – Только не пугай меня тем, что ты начала курить.
– Нет, но… но два дня назад ты предлагал мне пойти в казино пить шампанское и обещал, что научишь меня курить.
– Джейд, я не курю. Я бросил этим летом, и навсегда, – темно-голубые глаза Сэма были так же серьезны, как и его слова, – этим летом я бросил курить из-за тебя.
– Да, – прошептала она.
– Я очень этому рад, – добавил он. Сэм мог бы поцеловать ее прямо сейчас – ее губы чуть раскрылись, готовясь в его поцелую, но он заметил голубоватый оттенок ее прекрасных губ. – Почему бы тебе не снять мокрую одежду, пока я не добуду что-нибудь для сна?
Минут через двадцать он вернулся, неся с собой плюшевые покрывала с гладильных досок будущей прачечной отеля.
Мейлин сидела на толстом ковре, покрывающем пол. Перед ней были горкой сложены мокрые одежды и стояли сапоги, а сама она переоделась в роскошный халат цвета нефрита. Однако на коленях лежало нераспечатанное полотенце, а волосы еще не просохли от морских брызг.
Казалось, она отдыхает, словно переодевание отняло у нее слишком много сил, и пройдет еще немало времени, прежде чем ее руки, из которых выкачали так много крови, смогут вытереть волосы.
– Дай-ка мне, – сказал Сэм, вынимая из ее бледных рук полотенце. – Скажи, если я буду тереть слишком сильно.
Но, разумеется, его руки были нежны. И все же он чувствовал, как она ослабла, что ей едва хватает сил на то, чтобы сидеть.
– Мейлин, у тебя кружится голова?
Голова у нее кружилась с момента пробуждения в «Хилтоне», и головокружение все усиливалось с того момента, как она решилась заставить тело, просившее о покое, отправиться в путешествие к «Ветрам торговли», где она переоделась и приняла душ, а затем на Блэк-пир, где удалось поймать последний сампан перед штормом, а потом ее швыряло по волнам, когда она переправлялась на другой берег.
Да, от всего этого кружилась голова, но она кружилась еще сильнее от присутствия Сэма, и это было чудесное ощущение. Мейлин хотела прильнуть к нему, но чувствовала, что тело вот-вот предаст ее и просто откажется повиноваться.
– Да, я немножко устала, – ответила она. – Я выспалась прошлой ночью, но…
– Ты отдала слишком много крови? – Сэм ласково развел черные шелковистые шторы, закрывшие ее лицо. – Почему бы тебе не соснуть еще? Главное представление начнется только через несколько часов.