— И что ты скажешь?
— Подожди… это интересно. И правда необычно… В этой грозы иной вкус. Чувствуешь?
— Нет…
— Ты просто смотришь глазами. А ты попробуй почуять…
— Но что это?
Клубящееся в полнеба облако с кипеньем молний на первый взгляд казалось обычным. Человеческим глазам и человеческим аппаратам. А вот для двух сильфов, круживших в небе над заливом Ван-Динем, гроза была чужой и непонятной. Нет, тучи были почти обычные, и ветер привычно наполнял крылья… но что-то было не так. Запах, вкус, вид? Даже на ощупь водяная взвесь была чуть плотней. Тяжелее…
— И таких в последнюю неделю полно. Грозы даже в северном полушарии. Правда, там почему-то тише, молний почти нет.
— Странно…
— Да. А ты чувствуешь, как много жара? Словно там, внутри тучи, что-то спрятано.
— Что?
— Не знаю…
— Рискнем проверить?
— Нет. Нас и так мало. Рисковать, чтобы проверить какую-то грозу? После Синиэй — не будем.
— Деэй…
— Я знаю. Она была глупышкой — юной доверчивой глупышкой — но Он решил ее судьбу, даже не дав нам шанса поручиться за сестру. Я больше не буду рисковать для Него.
— А если Он узнает?
— Что? Эти грозы проходят, не причинив вреда. Они даже посевам не вредят. А что они неправильные — люди не поймут.
— Решено. И все-таки странный вкус у этого дождя…
Крысу в клетку.
Мир Земля. Ян.
А он… еще думал… что слухи насчет принцессы… просто сплетни…
Ошибся. Какой юной и беззащитной не выглядела бы эта девочка-подросток — однажды он даже видел, как она плакала… — все равно. Руки у нее были сильные…
Преисподняя, больно…
— Ваше высочество, мы же договорились… — в голосе Иоганна причудливо мешались почтительность с досадой, — Он и так уже… не совсем пригоден для жертвы, а если вы его покалечите, то семье почти ничего не достанется!
— Заткнись. Я тебя позвала не для того, чтоб ты бубнил мне свои советы! Гэс, старина, заставь-ка его поднять голову…
— Но…
— Заткнись!
Ян зажмурился, ожидая новой вспышки боли… и пропустил миг, когда в кабинете что-то изменилось. Только уловил, как разом затихли его «посетители».
Иоганн захлебнулся протестами на полуслове, Гэс выпустил зажатые в кулак волосы… а рука Зои замерла, едва коснувшись.
— Так-так, — послышался знакомый низкий голос. Очень знакомый. — Дензил, я вроде бы просил Яна?
— Милорд…
— Да, ты не ошибся, я вижу. Просто мы были не в курсе того, что Зеленский почему-то… не один. И какого же это черта творится? Сестрица, ты ничего не хочешь мне сказать?
Ян кое-как открыл глаза. Нет, Зоя не отобрала у него зрение, хоть и грозилась… просто сегодняшняя ночь, кажется, станет для него последней. Но почему-то не было страха. Только усталость. Он даже не удивился тому, что пол под ногами из бежевого стал темно-синим с золотыми прожилками, сменив к тому же узор и фактуру. И стены… совсем другие стены. Ах, да… Малая приемная. Восемь месяцев назад он сам подбирал для этого помещения палитру красок, добиваясь ощущения спокойного величия. Золотистые светильники вдруг качнулись и расплылись на миг — тот дознаватель, Гэс, его отпустил. Перестал держать. Ага… И что… это значит?