— Куда? — потребовал ответа второй облачный странник.
Алекс на секунду прикрыл глаза. По лицу прошла тень, словно он собирался что-то сказать и передумал.
— По запасным точкам. Не могли же все погибнуть. Кто-то должен был успеть уйти.
— Да понял я. Куда точно? 'Север'? 'Свитанок'? 'Аванте'? Куда?
— Леш, а твоя феникс? — тихо проговорил третий, — Может, проще ее найти?
Пауза. Сжатые губы. И глуховатый ответ:
— Нет. Не проще…
Беззвучно расступается воздух… и возникшая у холма троица медленно размыкает руки и замирает на месте, рассматривая то, что осталось от базы 'Ключи'. Вздыбленная, обугленная земля в осыпи камней. Редкие дымы над спекшимся песком… Багровые отсветы — точно от вулкана.
Базы больше не было.
— Это уже вторая. Леш, мы будем так мотаться, пока не нарвемся? — воздух тут был горьким и жарким, в горле словно пересохло. Но пить не стал. Не до того.
— Что ты предлагаешь? — Лешка смотрел на жуткую мешанину земли и оплавленного камня так, что у Богуслава руки зачесались его тряхнуть.
— Может, правда поищешь свою девушку? Ты ж вроде дома должен был ее чувств…
В следующую секунду Алекс посмотрел на него. И Богуслав поспешно проглотил и окончание слова, и продолжение фразы.
— Кто сказал, что я не чувствую? — багровые блики плясали на его лице, и выражения было не разобрать, но хотелось отвести глаза и не смотреть. Ну да, ему, Богуславу, тяжело смотреть сейчас на своего командира. Смейтесь, кому смешно. Было что-то такое… что-то просто жуткое было в том, как командир заставляет себя быть спокойным. И у него даже получается… только все равно — смотреть не хочется. — Чувствовал… Та девушка, ан-нитка, она говорила, что связь постепенно крепнет и после возвращения мы сможем друг друга слышать, если захотим.
— И? Она же…
— Она не ответила, — Леш говорил коротко, точно боялся сорваться, — Закрылась сразу.
— Закрылась? Леш, может она в засаде там или… ну, не вовремя мы просто? — Макс, добрая душа, как всегда, найти варианты посветлее.
— Может быть. — Леш точно подслушал тайное желание Богуслава и отвернулся. Только лучше почему-то не стало. — И от нее прошел импульс такой… трудно передать. Страх, почти паника, тревога.
— Ты правда убьешь его, Лина? — голос Повелителя медленный и обманчиво ленивый…
Нельзя отвечать 'да'. Слово, данное при всех, придется исполнить, даже если принуждения не будет. Нельзя ответить 'да', нельзя сказать 'нет'… И нельзя молчать…
И она закрывает глаза на миг, перед тем, что скажет…
— Вы говорили, что примете его любым, милорд… — ее голос почти шепот, только для Него. — А теперь? Теперь он нужен только мертвым?