– Пусть начинают жить, как все люди живут…
Князь Репнин с главными силами уже обратился к Измаилу, но поглядел на высоченные стены его и вернулся обратно.
– Мои солдаты не мухи, чтобы на Измаил взлетать, – сказал он Потемкину. – Там засел сам Эски-Гасан…
Ко дню рождения светлейшего генералы обещали Потемкину взять для него Аккерман, он предостерег их:
– Лучшим подарком мне будет взятие Аккермана без пролития крови. Заставьте турок искусством дипломатическим помыслить о печальном их жребии, и не кровью, господа, а лишь угнетением духа неприятеля умейте его одолевать…
Начинался сентябрь. Кажется, турки заманивали русских под Измаил сознательно: не сразу открылось, что великий визирь перевел армию за Дунай. Бурные ливни расквашивали дороги, и без того разбитые конницей. Неуемная тоска возникала в сердце при виде унылых полей, жалкой кукурузы, побитой дождями. В кустарниках и буераках прятались турецкие дезертиры.
Юсуф-Коджа велел их ловить. Он спрашивал:
– Откуда вы бежали, собаки?
– Из-под Фокшан, где снова явился Топал-паша.
– Врете! – отвечал визирь. – Суворов, о том все знают, взлетел на Кинбурне с пороховым погребом к небу…
Дезертиров вешали, двигались дальше. Эски-Гасан, бывший капудан-паша, завлекал русских под стены Измаила, а принц Кобургский снова увидел перед собой армию визиря числом в 100 тысяч сабель. «Спасите нас», – написал принц Суворову, и курьер прискакал обратно с таким лапидарным ответом: «Иду». Выступив с войском в полночь, Александр Васильевич за два дня преодолел 70 верст. Страшные грозы бушевали над Молдавией, молнии втыкались в землю, поражая столетние дубы. Юсуф-Коджа пил вечерний кофе в своем шатре, окруженный подушками и мальчиками-рабами, когда к нему втолкнули мокрого от дождя, задыхающегося лазутчика:
– Топал-паша уже здесь! В лагере цесарцев.
– Повесьте его, – указал визирь на лазутчика.
– Я говорю правду, – клялся тот.
– Тем легче тебе будет умирать…
Суворов принял Кобургского в солдатской палатке, они прилегли рядом на охапке сена. Дождь стегал в парусину, из щелей текла вода, одинокую свечу задувало. Принц спросил:
– Как вы думаете, генерал, почему Юсуф медлит?
– Значит, турки еще не готовы к битве.
– Но их много! Очень много на этот раз.
– Чем больше публики, тем больше беспорядков. Пусть нас мало. В малом войске всегда больше храбрецов.
– Вы меня утешаете. Неужели принять бой?
– Немедленно. Успех в скорости…
Невеликая речка Рымник отдавала свои воды истории!
* * *
Цепляясь за сучья, он спустился с высокого дерева.
– Сколько ж вам лет, аншеф? – удивился Иосия.