- Понятно. А "каннуши-сан" согласился?
- Да.
- А если... А потом? Вы вернетесь ко мне на лодку?
- Ненадолго. Меня ждут в Англии.
- Нет. Я верю, вы надолго останетесь на Куро.
- Почему?
- Я молилась перед алтарем. И я никогда не просила о таком раньше. Я уверена, все исполнится. - Она помолчала. - А ночью я поплыву с вами. Она подняла руку. - Я знаю течения. Один вы туда не доплывете.
Бонд взял ее маленькую сухую ладонь. Посмотрел на детские обломанные ногти. Сказал хрипло:
- Нет. Это мужская работа.
Она посмотрела на него. Карие глаза были спокойны и серьезны. Она сказала, впервые называя его по имени:
- Таро-сан, фамилия ваша означает "гром", но я не боюсь грома. Я знаю, что делаю. И каждый день, ровно в полночь, буду ждать в скалах у подножья стены. Буду ждать час, вдруг вам потребуется помощь. Вас могут ранить. Женщины в воде куда сильнее мужчин. Поэтому-то у "ама" ныряют девушки, а не парни. А океан вокруг Куро я знаю, как крестьянин свое поле. Не упрямьтесь. Все равно я не буду спать, пока вы не вернетесь. Скажите "да", Таро-сан.
- Хорошо, Кисси, - сказал Бонд хрипло. - Я просто думал, что мы подойдем на лодке поближе к замку, но если тебе хочется подразнить акул...
- Акулы "ама" не трогают. Хранители не дремлют, и с нами вообще ничего не случается. Много лет назад у одной "ама" веревка запуталась в скалах, и люди до сих пор вспоминают об этом. А акулы принимают нас за себе подобных. - Она рассмеялась. - Ну вот, договорились, давайте поедим и я покажу вам Хранителей. Прилив еще не начался, и они с удовольствием взглянут на вас.
По тропинке они спустились с вершины, обогнули выступ скалы и вышли к берегу к востоку от деревни. Вброд по мелководью они обошли мыс. Там на плоском каменистом пляже на квадратных основаниях из огромных камней стояли пять фигур и смотрели куда-то за горизонт. Они мало напоминали людей. На каменных телах-подставках в напяленных на них грубых белых рубахах громоздились большие валуны. От шестой оставалось лишь туловище, голову, должно быть, снесло штормом. В неподвижности своей несли они стражу над водой и под нею.
Люди подошли к идолам и взглянули на гладкие бесстрастные лица. Бонд первый раз в жизни почувствовал благоговейный трепет. Сколько веры, сколько значения вложили древние ваятели в эти примитивные скульптуры, хранителей веселых голых девушек - "ама", и Бонд ощутил нелепое желание преклонить колени и попросить благословения, как когда-то крестоносцы просили своего Бога. Он отогнал дурацкую мысль, но, склонив голову, попросил удачи в своем деле. А потом отошел и смотрел со стесненным сердцем, как Кисси, на прекрасном лице которой были и напряжение и мольба, хлопнула в ладони, привлекая внимание идолов, и долго и взволнованно говорила, то и дело упоминая его имя. И ему показалось, что круглые головы-валуны коротко кивнули.