Алексей вспомнил, как провожал его Инокентьев к Баташову, и подумал: “Кажись, и впрямь Пашке повезло!..”
Совещание в Нерубайском
Нечипоренко прибыл к нерубайскому попу, отцу Никодиму, точно в назначенный срок, переодетый в крестьянскую одежду: армяк, выцветший картуз и смазанные дегтем сапоги с укороченными голенищами, на которых пластом лежала коричневая дорожная пыль. Сопровождал Нечипоренко здоровенный бородатый галичанин, облаченный в скуфью и монашескую рясу; был он необыкновенно молчалив, но маленькие, глубоко упрятанные глазки его неотступно, по-собачьи, ловили каждое движение атамана.
Охранять дом Дяглов выделил двух бандитов, командовать которыми поручил Алексею.
Для “обработки” атамана собралась вся “тройка”.
Нечипоренко провели в чистую, пахнущую лампадным маслом горницу, усадили под образа, как дорогого гостя. Нарядная пышнотелая попадья подала на стол “что бог послал”. После трапезы батюшка с супругой удалились, и Шаворский открыл совещание.
— В полуверсте отсюда, — сказал он, — господин полковник может в том сегодня же убедиться — размещено в катакомбах около тысячи убежденных противников большевизма, готовых в любую минуту выступить плечом к плечу со своими украинскими единомышленниками. И это главное! Перед фактом такого горячего стремления к единству любые спорные вопросы, кажутся легко разрешимыми…
Атаман промычал в ответ, что нынче не до споров, “большевиков треба зныщить”. С ним все согласились. Затем Нечипоренко рассказал о парканской организации, о том, сколько у него людей в отряде сейчас и сколько примкнет после, когда начнется восстание. Ничего нового к тому, что уже было известно Алексею, он не добавил.
Перешли к обсуждению плана совместных действий. И тут разговор потек не так гладко. Разногласия возникли по вопросу, кому раньше начинать. Нечипоренко требовал, чтобы в Одессе началось по крайней мере за два дня до того, как он перейдет границу с отрядом, сформированным в Бендерах. Это, мол, отвлечет внимание красных и позволит ему в короткий срок захватить весь Тираспольский уезд.
Отвечал ему Дяглов — специалист по военным делам.
— Странные у вас рассуждения, пан полковник! — скрипел он, тараща на Нечипоренко тусклые выпуклые глаза. — Или вы считаете, что Тирасполь важнее Одессы? Да я не отдам ее за сорок таких уездов, как ваш! Это же порт, морские ворота…
— А там кордон с Румынией, — возразил Нечипоренко.
— Кордон и с Польшей есть, а помогло это вашим землякам? Покамест пан Петлюра собирался в поход, в Киеве уничтожили “Всеукраинский повстанком”! Вы того же хотите? Чтоб нас здесь гробанули, а после за вас принялись?