И тут он ее увидел. Серебристый «гольф» на большой скорости вывернул с подъездной дорожки и рванул на восток. На голове у Кэролайн было что-то вроде вязаной шерстяной шапочки, скрывавшей ее светлые волосы, но Джонатан все равно сразу же ее узнал. Он не понял, заметила ли она его, узнала ли его «фиесту», но инстинктивно притормозил, дав ей возможность практически скрыться из глаз, прежде чем последовал за ней. И пока он ждал в тишине этого пустынного безрадостного ландшафта, ему было слышно, как в бунгало заливается истерическим лаем Рэм.
Просто удивительно, как легко оказалось не упускать ее из виду. Порой какая-нибудь машина, обогнав его, загораживала серебристый «гольф», а иногда, когда «гольф» замедлял ход, проезжая по деревне, или останавливался перед светофором, Джонатану приходилось снижать скорость, чтобы Кэролайн не заметила, что он сидит у нее на хвосте. Они проехали Лидсетт, и Кэролайн повернула направо, в сторону мыса. Теперь он уже боялся, что она заметила его, поняла, что он следует за ней, но продолжает гнать машину, не обращая на него внимания. Когда она справилась с воротами, он подождал, пока она скроется за гребнем, и только потом поехал следом. Затем он снова остановился, выключил фары и, выйдя из машины, прошел немного пешком. Он увидел, как Кэролайн подобрала кого-то по дороге; фары на мгновение осветили стройную девушку с торчащими, как иглы у ежика, волосами, ярко-оранжевыми на концах. «Гольф» свернул на север по прибрежной дороге, у станции снова повернул прочь от моря, а потом опять пошел в северном направлении. Через сорок минут стало ясно, что они едут в Уэллс, в сторону набережной. Джонатан припарковал «фиесту» рядом с «гольфом» и пошел следом за девушками, не выпуская из виду синюю с белым шапочку Кэролайн. Они шли быстро, не разговаривая друг с другом, ни та ни другая ни разу не обернулась. На набережной он вдруг потерял их, но вскоре увидел, что они садятся на яхту. Ему нельзя было упустить свой шанс, он должен был поговорить с Кэролайн теперь или никогда. Он припустился за ними. Они уже взошли на борт. Суденышко было крохотное, не более пятнадцати футов в длину, с низкой кабиной в центре и подвесным мотором. Девушки стояли в кокпите. Когда он подошел, Кэролайн обернулась к нему:
— Какого черта ты здесь делаешь?
— Мне нужно с тобой поговорить. Я ехал за тобой от самого бунгало.
— А то я не знаю, дурень ты этакий. Я видела тебя в зеркале практически всю дорогу. Если бы я хотела уйти от хвоста, мне ничего не стоило бы это сделать. Нечего тебе играть в эти шпионские игры: они тебе не подходят, да и плохо удаются.