Кэролайн все еще неподвижно стояла у руля, глядя прямо перед собой. В левой руке она держала компас. Она ответила:
— Мы не собираемся возвращаться. Вот о чем я должна была тебе сказать.
Прежде чем Эми успела раскрыть рот, Кэролайн сказала:
— Слушай, нечего впадать в истерику и незачем спорить. Ты имеешь право знать, в чем дело, и, если помолчишь, я все тебе объясню. У меня нет выбора. Ты должна узнать правду или хотя бы часть правды.
— Какую еще правду? О чем ты мне толкуешь? И почему это мы не собираемся возвращаться? Ты же сказала, мы уйдем всего на час. Ты сказала, мы должны встретиться с несколькими товарищами недалеко от берега и получить новые инструкции. Я оставила Нийлу записку, что скоро вернусь. Мне надо вернуться, там же Тимми!
Кэролайн по-прежнему не поднимала на нее глаз. Она ответила:
— Мы не собираемся возвращаться, потому что возвращаться нельзя. Когда я вызволила тебя из того заброшенного дома в Лондоне и завербовала, я не сказала тебе всей правды. Это было бы не в твоих интересах, и я не знала, насколько могу тебе доверять. Да я и сама всей правды еще не знала. Только то, что мне необходимо было знать. Так работает наша организация. «Операция «Птичий зов»» собирается захватить Ларксокенскую АЭС вовсе не ради защиты прав животных. Она не интересуется животными. Ей не интересны киты, которым грозит вымирание, больные тюлени, зверюшки, гибнущие в лабораторных экспериментах, брошенные собаки и всякие прочие придуманные страдальцы, которых тебе жалко до слез. Она интересуется гораздо более важными вещами. Ее интересует человечество и его будущее. То, как мы организуем мир, в котором живем.
Кэролайн говорила очень тихо, с необычайной страстностью. Эми сказала громко, стараясь перекричать шум мотора:
— Я не разберу, что ты говоришь. Я плохо тебя слышу! Выключи этот чертов мотор!
— Пока рано. Нам еще далеко плыть. Мы встречаемся с ними в совершенно определенном месте. Надо идти прямо на юго-восток, потом определиться по водозаборным сооружениям станции и Хэпписбургскому маяку. Надеюсь, туман не станет плотнее.
— А кто они? С кем мы должны встретиться?
— Я не знаю их имен. Не знаю, какое место они занимают в нашей организации. Я же сказала: каждому из нас сообщают только то, что нам совершенно необходимо знать. В инструкциях, которые я получила, говорилось, что, если «Операция «Птичий зов»» окажется под угрозой, я должна позвонить по определенному телефону и таким образом дать знать, что следует предпринять чрезвычайные меры, чтобы помочь мне уйти. Поэтому я и приобрела эту яхту и постаралась, чтобы она всегда была наготове. Мне совершенно точно сообщили, где они нас возьмут на борт. Затем они доставят нас в Германию, снабдят фальшивыми документами, соответствующей легендой, кооптируют нас в группу и найдут нам работу.