Что явно противоречило времени, зафиксированному на видеозаписи как начало стрельбы, а именно 22:41:37.
Маккалеб снова просмотрел отчеты, надеясь, что он пропустил страницу, где объясняется этот разрыв во времени, — но тщетно. Он снова задумался, машинально постукивая пальцами по столу. Посмотрев на часы, он увидел, что уже пять часов. В это время следователей в отделе, как правило, уже не застанешь.
Терри вновь и вновь разглядывал составленный им временной график событий, отыскивая объяснение этому расхождению. Он снова проверил, когда был зафиксирован второй звонок в службе спасения. Эллен Тайфф, услышав выстрелы, позвонила со своего мобильного телефона в 22:43:21, но ей сказали, что об этом уже известно.
Маккалеб думал. Учитывая сообщение Тайфф о стрельбе в магазине, следователи зафиксировали время убийств сразу после 22:40 — начала программы новостей. Тем не менее, когда она позвонила по 911, там уже все было известно. Почему она ждала целых две минуты? И спрашивали ли Эллен, видела ли она Доброго Самаритянина?
Маккалеб быстро пролистал документы, пока не нашел свидетельские показания Эллен Тайфф. Это была одна страница с напечатанным текстом в один абзац и подписью внизу. В показаниях не упоминалось о том, сколько времени ждала свидетельница, прежде чем позвонить в «911». Зато там говорилось о двух машинах перед магазином, но ни марки, ни того, сидел ли кто-нибудь в машинах, свидетельница не запомнила.
Терри проверил сведения о самой Тайфф. Тридцать пять лет, замужем. Живет в Нортридже и работала исполнительным директором в фирме по «переманиванию» сотрудников. Она возвращалась домой из кино в «Топанга Плаза», когда услышала выстрелы. Ее домашний и рабочий телефоны были указаны в картотеке с информацией о свидетелях. Маккалеб набрал ее рабочий номер. Ответила секретарь, поправив произношение фамилии начальницы, и сообщила, что та уже уходила, он буквально «поймал» ее в дверях.
— Эллен Тейфф слушает, — произнес голос.
— Здравствуйте, миссис Тейфф. Вы меня не знаете. Моя фамилия Маккалеб. Я расследую убийство, которое произошло пару месяцев назад на Шерман-роуд. Помните выстрелы, о которых вы рассказывали полиции?
Терри услышал, как ее дыхание участилось, очевидно, звонок вывел ее из равновесия.
— Простите, я не понимаю. Я говорила со следователями. Вы из полиции?
— Нет, я… Я веду расследование по просьбе родных женщины, которую застрелили. Вам неудобно говорить?
— Да, я стою в дверях. Я не хотела бы попасть в пробку… И честно говоря, мне нечего добавить. Все, что мне было известно, я рассказала в полиции.