Леннокс спешно, не выбирая места, паркуется, видит Четову яхту, пришвартованную под фонарем. Вылезая из машины, замечает в освещенном дверном проеме фигуру смотрителя пристани.
— Еще бы чуть — и не застали бы старину Чета, — говорит Дон Уинтер, поигрывает связкой ключей, косится на яхту. — Он, представьте, собрался в долгое плавание. Аж к Флорида-Кис, а то и на самые Багамы. Запасся как следует — я лично его снабдил, — хихикает смотритель. — Ох, неспроста все это.
— Кто еще на борту?
— Вроде никого. — Словоохотливый смотритель пускается в пространные разглагольствования, но Леннокс уже резко развернулся и бежит к яхте. Ступает на сходни, смотрит вниз — вода маслянистая, с отливом — готовится прыгнуть на борт.
Темно, однако из каюты прорывается свет. Леннокс поднимает взгляд — и наталкивается на Чета Льюиса. Взаимный столбняк — ни один не ожидал появления другого.
— Леннокс? Что… что вы здесь делаете?
— Я одну вещь забыл, — цедит Леннокс и без приглашения проходит в кухню и далее, в столовую. «Идеальная невеста» с загнутыми уголками лежит на столе, там, где Тианна ее оставила. К журналу явно не притрагивались. Ленноксу сейчас даже глянцевая улыбка на обложке мила. Он хватает журнал. Вдруг замечает, что дверь в большую каюту закрыта. Открывает ее, заглядывает. Никого. Леннокс поднимается по дубовым ступенькам, на заднюю палубу.
Перед ним дрожащий Чет; ветер крепчает, но влажность все еще высокая, душно, тепло. С чего бы Чету трястись?
— Видно, ценный экземпляр, раз вы за ним вернулись. — Чет кивает на журнал.
— Ну да, ценный. А погода-то меняется, — замечает Леннокс, глядя на небо.
— Прогноз не из самых скверных. Дождевые облака должны пройти стороной, — рассеянно отвечает Чет. — Тианна в порядке?
Леннокс чувствует укол совести. Он совсем забыл о Тианне.
— Ну да. Она с моими друзьями.
— Хорошо, — бормочет Чет.
Леннокс чувствует легкий зуд в руке. Хлопает журналом по свежему загару, приканчивает комара, тяжелого от его крови, цедит: «Тварь».
— Со временем привыкнете, и вообще, наши комары малярию не переносят.
— Я не собираюсь торчать здесь и ждать, пока привыкну.
Один вопрос, — произносит Леннокс, хотя и знает, что полицейские одним вопросом не ограничиваются. — Ланс Диринг бывал на вашей яхте?
Прежде чем последнее слово срывается с губ, до Леннокса доходит: Чет смотрит поверх его плеча. В следующую секунду из-за спины, с лестницы, слышится шорох шагов. Среагировать Леннокс не успевает — на него обрушивается удар, ощущение, будто ему решили выбить зубы через затылок. Леннокс падает ничком, пытается остаться в сознании, но оранжевый взрыв в мозгу сменяется чернотой. Сопротивляйся, не раскисай, твою маты Он ничего не чувствует, видит только полупереваренного красного луциана и жареную картошку, извергшихся из его глотки. Кто-то садится сверху, тычет Леннокса лицом с его же рвоту. Он не в силах сопротивляться; он — марионетка с обрезанными нитями. В затуманенном сознании всплыли два имени — Диринг и Джонни. Запястья чем-то стягивают. Рыболовной леской? Берутся за лодыжки. Леннокс зажмуривается, скрипит зубами. В горле спазм, Леннокс считает про себя, надеется на передышку, которая позволит ему либо сглотнуть, либо отрыгнуть. В следующую секунду ощущение у него такое, будто он вдыхает через дыру в груди.