— Довольно тонкий подход и, главное, его доводы убедительны. Выходит, она сообщила злоумышленнику адрес Гребешкова-старшего?
— Вот именно!
— Интересно, как почтальон узнал место жительства Гребешкова-старшего, если они переписывались с сыном «до востребования».
— И на этот вопрос у меня есть ответ. Ты, наверное, забыл о матери Гребешкова-младшего, которая по своим материнским соображениям нарушила запрет мужа и прислала поздравительную открытку сыну с днем рождения без обратного адреса. Но она упустила, что на открытке ставится штамп отделения связи отправителя.
— Ты хочешь сказать, что почтальон запомнила эти данные и сказала неизвестному «дядечке»? — с сомнением в голосе обронил Дормидонтов.
— Именно так, а остальное в наше время для думающего человека не розыск, а спокойная прогулка по рельсам.
— Но как удалось почтальону из тысячи доставляемых писем и открыток запомнить адрес Гребешкова?
— Все объясняется очень просто: Ангелина Власовна обслуживает свой участок девять лет, знает всех своих получателей по имени и фамилии. Ей не надо запоминать информацию о жителях своего участка, эта информация постепенно сама отложилась у нее в голове, а поэтому отдельные изменения в перемене места жительства даже родственников своих адресатов у нее легко укладываются в памяти.
— Удивительно! Теперь мне понятно: Ангелина Власовна, благодаря своему профессиональному опыту и любопытству, оказала нам медвежью услугу, — обхватив голову руками, страдальчески резюмировал Дормидонтов. — Ты не сказал ей, что она, помогла «дядечке» убить сразу двоих?
— Если раскрутим дело до суда, то она там сама поймет что почем, зачем преждевременно волновать человека? Я тебе еще не все сказал… Гребешков-младший подтвердил получение от матери поздравительной открытки, но она у него, к сожалению, не сохранилась.
— Комментарии тут излишни, — с недовольством в голосе заметил Дормидонтов. — Но, как говорится, нет худа без добра. Если у Ангелины Власовны такая умная голова, то она должна запомнить «дядечку» и опознать.
— Запомнила и согласна опознать, — успокоил его Бурлаков.
Взяв пухлое уголовное дело, Дормидонтов медленно стал его перелистывать. Его взгляд остановился на материале со штампом знакомого ему учреждения.
— Что за экспертиза?
— Судебно-биологическая! — устало ответил Бурлаков. — Так сказать, понемногу готовлюсь к встрече с убийцами.
— Не возражаешь, если я посмотрю, как ты намерен с ними встретиться?
— Разве у следователя могут быть секреты по нераскрытому уголовному делу от начальника уголовного розыска? Только прошу тебя, читай вслух, думаю, повторение мне не помешает.