- Некоторые из нас, в самом деле, часто сюда заходят, – признался он. - Это недалеко от участка.
- Из этого я делаю вывод, что Дафна не является твоей постоянной девушкой, - сказала я со злостью. – Иначе ты бы меня сюда не привел.
К счастью, в этот самый момент перед нами поставили напитки, благодаря чему я прекратила срывать свое раздражение на Хокинсе. Он не был мне ничем обязан. Не его была вина, что он мне так нравился, и это злило меня.
- Ты выпьешь, в конце концов, или нет? - спросил он сквозь зубы. – Или хочешь так стоять в этом плаще «эксгиба» ( эксгибициониста – Прим.пер.) и отыгрываться на мне?
- Может, и то, и другое? И это совсем не прикрытие «эксгиба». Они не носят черного ПВХ, не хотят заранее привлекать к себе внимание, прежде чем приступят к делу.
Тем не менее, я подняла стакан ко рту и начала пить. Мои мысли напоминали бутылку водки в морозильнике; были холодные, чистые и ясные. Алкоголь не действовал на меня. Пока. Мы пили в тишине. Хокинс начал сразу. Я не вынесла бы, если бы кто-то начал мне сочувственно объяснять, что лучше выговориться. Он, к счастью, понимал, что я чувствую, и я совсем не обязана ему отвечать.
Я посмотрела на его отражение в зеркале за баром. Дождь слегка распрямил его волосы, и это было ему к лицу. Голубые глаза, губы, вытянутые в линию, что скорей всего значило, что он недоволен мной. О том же свидетельствовали напряженные скулы. На нем был один из тех плащей, которые выглядят смешно на парнях очень низкого роста или стройного телосложения. Он, однако, принадлежал к этому второму типу, и поэтому верхняя одежда превосходно демонстрировала его широкие плечи. Вдруг до меня дошло, как зрело он выглядит. У него была хорошая работа, куча ответственных заданий, девушка и, конечно, ипотека на стадии погашения. А также очень голубые глаза. Я размышляла, на кой черт он пьет со мной виски во время ланча.
- Мы идем? – поинтересовался сержант, прерывая эти размышления. Отставил стакан. Я повторила этот жест; рука моя даже не дрожала. Заплатил по счету так решительно, что я даже не предложила заплатить за себя. Мы вышли, и он открыл двери автомобиля.
- Ты можешь водить после двух двойных виски? - спросила я, когда мы сели.
- Точно, нет.
От паба до моего дома было очень близко.
- Благодарю, что подвез, - сказала я, вылезая. - Ты не рассердишься, если я не приглашу тебя? Валюсь с ног.
Я не захотела слушать, что он скажет, закрыла только дверь и встала на лестнице, ища в кармане ключи. Очень-очень мне хотелось остаться в одиночестве, даже если из этого ничего не вышло. Я открыла третий замок, пихнула дверь и вошла внутрь, закрывая ее ногой. Но она не закрылась, поскольку я не услышала характерного бряцанья. Я повернулась.