— В чем именно? Религия приучает к точности.
— Как разведчик в прошлом, — сказал Айсман, — вы понимаете, что я не могу ставить вопрос, не имея вашего согласия на продолжение сотрудничества…
— Мы с вами запутаемся во взаимном недоверии.
— У меня нет времени путаться во взаимном недоверии, господин Чжу Ши. Если я не получу ответа, мне придется предпринять определенные шаги, которые вынудят вас довериться мне.
— Если вы решите скомпрометировать меня прошлым — вы проиграете. Выброшенный за борт общественной жизни пастырь адвентов, оказавшийся резидентом разведки Гиммлера, никогда и никому не сможет помочь в будущем. Это может огорчить ваших руководителей. Меня же это мало заденет. Я пришел к вере в идею, и я не боюсь будущего. Я бы советовал вам передать мое предложение вашему руководителю… Если он согласится посвятить меня в суть вашей задачи, я с радостью продолжу беседу с вами в удобное для вас время, кроме, конечно, тех часов, когда я занят в храме.
— Хорошо, — сказал Айсман, — я подумаю. Ваше предложение разумно. Нельзя ли попросить кого-нибудь принести воды?
— Сейчас я принесу воды. У меня лишь чистая холодная вода. Вы, вероятно, хотели бы выпить оранжада или колы?
— Это не обязательно. Просто холодной воды.
— Хорошо.
Чжу Ши поднялся и шагнул к дому, но Айсман вскочил и с неожиданной для него ловкостью ударил старика сложенными щепоткой пальцами в поддых.
Старик молча повалился на циновку.
— Укол, — сказал Айсман Вальтеру. — Дома никого, иначе бы он позвонил в колокольчик.
Через пять минут после укола, близко заглядывая в глаза лежащего на циновке старика, Айсман спросил:
— Именем бога, ответьте мне, отец Чжу Ши, кому вы сейчас хотели звонить, когда пошли за водой?
— Мистеру Лиму, — ответил Чжу Ши, глядя в лицо Айсману громадными глазами, расширившимися, совсем без зрачков, очень блестящими. — Мистеру Лиму. Он очень умный, сильный и добрый человек…
— Вы готовы выполнять все его поручения?
— Да.
— Господин Чжу Ши, вы понимаете, что говорите мне запретное?
— Понимаю.
— Вы это делаете потому, что верите мне, да?
— Да.
— Где ваша резидентура?
— Я ее передал мистеру Лиму. В пятьдесят втором году он принял от меня тех, кого я смог найти.
— Он знал, что вы были нашим другом?
— Да.
— Мистер Лим сам попросил вас поменять веру?
— Да.
— По его поручению вы ездили на западное побережье Штатов?
— Да.
— Там есть ваши люди?
— Да.
— Кто они?
— Их много.
— Где списки людей?
— В сейфе мистера Лима.
— Какие имена вы можете назвать по памяти?
— Настоятель нашей общины в Далласе отец Хуа Сю, настоятель общины в Лос-Анджелесе отец Хосе-Косьендес…