При первом же чтении рецензии А. Морозова обнаруживается несовпадение его исходных посылок и выводов. Признал же он, что А. Бологое показал многогранный характер боцмана Куртеева. «Этот в обычное время вялый, медлительный человек, — пишет А. Морозов, — в острые моменты преображался.
Ни одного лишнего жеста, ни одного неловкого движения. Таким он предстает в эпизоде с оторвавшейся баржей. Не потерял он самообладания и во время аварии».
Даже признав эти несомненные достоинства изображения боцмана Куртеева, рецензент опять недоволен А. Болотовым. Оказывается, боцман, по словам рецензента, в обыденной жизни «тоже любит заглянуть в бутылку, поматериться, наговорить пошлостей». Насчет пошлостей рецензент хватил лишку, а насчет «бутылки»? Но ведь таков боцман Куртеев, и писатель не выдает за достоинство эту склонность в характере боцмана Куртеева. Когда же мы, наконец, научимся видеть не только изображенный в литературе жизненный материал, но и позицию писателя, отношение писателя?
Сколько было на этот счет недоразумений в критике — несть им числа…
Но, пожалуй, хватит о критиках повести А. Болоюва. При всей разноголосице суждений, высказанных о «Сто тринадцатом», из писем читателей и многочисленных рецензий выявилось главное: повесть волнует читателя, не оставляет его безучастным, заставляет вновь и вновь задуматься о жизни, так или иначе выразить свое мнение. Думаю, что споры, столкновение различных точек зрения весьма полезны критике; конечно, желательны споры на более высоком профессиональном уровне, но тут выбирать было не из чего.
Хуже, когда встречаешь в критике равнодушие и леность мысли, нежелание внимательно прочитать рассказ или стихотворение молодого автора, заглянуть в каталоги газетных или журнальных статей, узнать, печатался ли раньше данный автор или он впервые выступает в печати.
МЫ ЛЕНИВЫ И НЕЛЮБОПЫТНЫ
Представьте себе, человек опубликовал первые свои стихи или первый рассказ; для начинающего автора это огромное событие; он трепетно ждёт откликов, и вдруг появляется высокомерная статья Владимира Соловьёва, обозревающая рассказы. В ней критик позволил себе следующим образом высказаться о четырёх начинающих рассказчиках, даже не потрудившись назвать их имен: оказывается, напечатанные в первом номере «Юности» рассказы четырёх авторов «не останавливают внимания: искренние, литературно грамотные и — лишенные оригинальности». Это «и» звучит великолепно в своей самоуверенности. Одним росчерком пера зачёркнуты произведения четырех молодых, одаренных рассказчиков: Виктора Прохина из Молдавии, Этери Басария из Абхазии, Валерия Грузина из Киева и Игоря Рогова из Ташкента. Я называю места жительства этих авторов не для эффектного перечисления, а для того, чтобы сказать, что эти люди не придут уже, наверное, в редакцию «Литературной газеты», где напечатана 12 июля 1972 года статья Вл. Соловьева, и не будут требовать справедливости в виде объяснения, опровержения и т. п.