Они с Мишей втайне надеялись, что задержанный выкинет какой-нибудь фортель, но ответной реакции не последовало. То есть вообще ничего. Снегирев не дернулся, даже не издал ни звука. Потом вернулся Турецкий, и эксперимент пришлось прекратить.
Вещи задержанного загрузили в багажник. Алексей, надежно зажатый с обеих сторон Мишей и Игорем, поместился на заднем сиденье. Турецкий снова сел на переднее. Ему хотелось обернуться и посмотреть на Снегирева, но что-то мешало. В конце концов, наклонившись к водителю якобы затем, чтобы взглянуть на барахливший датчик бензина, Саша увидел Алексея в зеркале заднего вида.
Наемный убийца сидел спокойно и совершенно расслабленно, даже закрыл глаза. Турецкий вдруг понял, что точно так же он будет молчать и потом, у него в кабинете. Попросту не произнесет ни единого слова. И что, спрашивается, дальше? Орден за обезвреживание опасных преступников? Вышка за всех тех мафиози, которых он перемочил на деньги других мафиози? За тех, в частности, четверых деятелей, которым холодным ноябрьским вечером он не дал увезти Иру от дома?..
Другим людям было все-таки легче: в подобных случаях у них начинались какие-то приступы, они хватались за таблетки и капли и по крайней мере таким образом выходили из тягостной ситуации. К Турецкому это не относилось. Он дорого дал бы за то, чтобы Господь позволил переиграть минувшие сутки. За то, чтобы Он посадил в поезд не Снегирева, а кого-то другого. Господи, ну что Тебе стоит?..
— Поехали, — сказал Саша, пристегивая ремень.
Машина тронулась с места.
5.30
Три машины, две серые «Волги» и зеленый пикап, быстро ехали по трассе, обозначенной на картах автомобильных дорог номером Е95 Москва — Выборг. И хотя этот номер неизменно писали на зеленом фоне, тем самым обозначая, что данная дорога приравнена к автостраде, ничего общего с хайвэями просвещенного Запада в ней, разумеется, не было. Большую часть так называемой трассы составляла родимая российская трехполоска с центральной полосой для маневрирования.
Сейчас шоссе было практически свободно, и машины, включив синие мигалки, неслись вперед по центральному ряду. Люди, управлявшие автомобилями, свое дело знали назубок. Поэтому время от времени машины на всякий случай менялись местами. То одна, то другая «Волга» возглавляла маленькую кавалькаду, а иногда вперед вырывался пикап.
Довольно долго все шло хорошо. Никто не нападал из придорожных кустов, не бушевали арестованные. После Твери населенные пункты следовали один за другим без перерыва. Мелькнуло на белом фоне название Эммаус.