– Случилось то, чего я опасалась больше всего на свете: я осталась одна, – проговорила она.
– А где сейчас тело?
Вопрос дурацкий, но неожиданный. Она захихикала, однако тут же, взяв себя в руки, проштемпелевала лицо серьезным выражением.
– Тело в морге. Здесь, как оказалось, с похоронами не торопятся. Панихида состоится лишь через месяц, представляете? Но меня заверили, что морги здесь отменные и что он за это время нисколечки не… испортится.
– Вы хотите сказать, что и Фридрих Бенеке, и Михаэль Крон, и Отто Горовиц тоже еще находятся в морге?
– Не знаю. Наверное.
Мне вспомнилась мрачная шутка Джаича по поводу того, что, если антикварщики не захотят собраться у Шрико, их соберут потом в морге. Как выяснилось на практике, одно не исключало другого.
– А муж делился с вами своими… производственными проблемами?
– Мы ведь поженились совсем недавно. Можно сказать, что с тех пор он делами практически и не занимался. Уже началась эта охота на торговцев антиквариатом, эта травля, так что…
– А как вы познакомились?
Она с вызовом посмотрела на меня.
– Это тоже требуется для вашего расследования?
– Не всегда заранее удается предугадать, что может пригодиться, а что нет.
– Ладно. – Марина уселась поудобнее, поджав под себя ноги.
– Я ему написала. Адрес дала мне подруга. Сказала, что если я хочу жить по-человечески, нужно искать мужа за бугром. Напиши, приложи пару своих фотографий. Сама знаешь каких.
– А каких?
Марина хмыкнула, затем соскользнула с кресла и скрылась в одном из украшавших холл арочных проемов. Тут же возвратилась с двумя цветными фотографиями. На одной из них она была снята в мужской рубашке, в наиболее выгодной степени демонстрировавшей стройные загорелые ноги. На другой – на каком-то пляже в одних лишь плавках. Плавки были цвета морской волны, от матерчатого треугольника две веревочки взлетали высоко наверх, сладострастно огибая бедра. Грудь была обнажена, на ней виднелись капельки воды.
– Как я его понимаю! – воскликнул я.
– Это следует расценивать как комплимент?
– Увы, хотя я прекрасно понимаю, что расточение комплиментов – не самый короткий путь к вашему сердцу. Таких женщин, как вы, комплиментами не проймешь. Ведь вы получаете их от воздыхателей в невообразимом количестве. Напротив, если проявить по отношению к вам некоторое безразличие, граничащее, простите, с хамством, то шансы значительно возрастут.
– Любопытная теория. – Она улыбнулась. – Из этого следует, что вам хотелось бы мне нахамить?
– Хотелось бы, – признался я, – но не получается.
– Жаль, у меня появилось бы больше твердости в намерении выставить вас за дверь. Я ведь сразу поняла, что вы явились сюда не как детектив.