Хирел затаил дыхание. Никто не шевелился. Он потихоньку накинул на голову одеяло и замер. Единственным звуком, который донесся до него, был храп. Закутанный в темное одеяло, сливаясь с ночной темнотой. Хирел проскользнул мимо спящих. Сенели паслись возле озера, и ноги их не были спутаны: этим дикарям нравилось оставлять коней свободными, потому что животные были приучены держаться в пределах видимости своих хозяев. Седло, которое Хирел заранее спрятал в кустах, по-прежнему лежало на месте, так же как и бурдюк с водой и седельные сумки. Свернув одеяло, юноша привязал его к седлу, после чего, прихватив кусочек плода, направился на поиски своей кобылы.
Темная тень взметнулась перед ним и повалила на землю. Падение оказалось намного болезненнее из-за жестокой горечи поражения.
— Я знал, что сегодня ты попытаешься сделать это, — сказал Сареван, опускаясь на одно колено рядом с массивной тенью, оказавшейся Юланом. Свет Великой Луны превращал его в безликий силуэт; его глаза горели как глаза зверя, а когда он говорил, его белые зубы сверкали. Казалось, все происшедшее для него не более чем развлечение. — Смелый поступок, львенок, но, увы, подобные действия превосходно предугадываются. Юлан, отпусти его.
Хирел медленно поднялся, прикидывая расстояние до сенелей. Один жеребец стоит достаточно близко, чтобы… — Даже не думай об этом, — мягко сказал Сареван. — Значит, ты опять наврал мне, — упрекнул его Хи-Рел. — У тебя все еще осталась магия. Ты можешь читать мои мысли.
— Я читаю их по твоим глазам. И по выражению твоего лица. И по твоему телу. Боюсь, мне придется ненадолго связать тебя. До тех пор, пока мы не окажемся достаточно далеко и попытка побега станет делом бессмысленным.
— Тогда тебе придется заковать меня в цепи и держать в них до самого Эндроса Аварьяна.
— У меня нет цепей. Однако и кожаные ремни вполне подойдут.
Сареван связал руки Хирела спереди, достаточно крепко, но не жестоко, и повел его назад к костру. Никто не проснулся посмотреть на них. Это было ни к чему. Да и связывать его было необязательно: Юлан уселся рядом с Хирелом, и принц бесился и плакал, глядя на его застывшую морду. Однако при мысли о диком коте, несущемся за ним по пятам, бежать ему расхотелось.
Сареван положил голову на бок Юлана и заснул. Хирел неподвижно сидел с открытыми глазами и смотрел, как на небо медленно, но неуклонно накатывает заря. Уже давным-давно у него появилась уверенность в том, что Сареван специально затеял все это. Чтобы спровоцировать Хирела. Чтобы узаконить его плен.
А ведь Хирел был на волосок от того, чтобы пожалеть его, такого измученного и слабого, лишенного всех своих блистательных магических сил!