Один из снайперов доложил:
— Я — «шестой», вижу в салоне самолета людей. Занимают кресла пилотов. Что делать?
— Ничего, — ответил спецназовец. — Никому не стрелять. Просто наблюдаем.
На башне ожило переговорное устройство:
— Та-ак, мы, борт… Хрен его знает, какой борт. Короче говоря, башня, доложите параметры для взлета.
— Я — башня, — сидящий за пультом диспетчер начал диктовать данные: скорость ветра, направление, наиболее благоприятная для взлета полоса. — Взлет.
— Башня, тебя понял, — ответил террорист.
— Ваш позывной — ноль двадцать один, — сообщил диспетчер.
— А мне по хрену, — последовал короткий и емкий ответ.
Самолет тяжело тронулся с места и покатил по рулежке к полосе.
Стоящий рядом с диспетчером оперативник сказал:
— Спроси у него насчет заложников.
— Ноль двадцать один, я — башня. Что с заложниками?
— Живы ваши заложники. Чего с ними сделается-то? Высадим перед взлетом. Все, башня, отбой.
— Они не смогут взлететь, — сказал диспетчер. — Самолет разбалансирован. Надо сообщить…
— Не надо, — коротко ответил оперативник. — Вот если заложников не высадят, тогда сообщишь.
Диспетчер пожал плечами, словно говоря: «Вам виднее…»
Лайнер все набирал скорость, дополз до конца рулежной полосы, развернулся и выкатился на ВПП. Здесь он остановился, передняя дверь открылась.
Командир спецназа поднес к глазам бинокль. Он увидел человека. Опустившись на колени, тот вцепился в край люка, повис и спрыгнул на бетонку. Удар, судя по всему, оказался достаточно сильным, потому что человек тут же свалился на бок.
— «Скорую» к концу полосы, — скомандовал спецназовец.
Но человек поднялся и, чуть прихрамывая, зашагал к терминалу.
Спецназовец опустил бинокль, обернулся и победно сообщил:
— Котов. Похоже, цел и невредим. Прекрасно.
* * *
«А второй заложник?» — захотелось крикнуть Веронике.
* * *
Оперативник в башне наклонился к диспетчеру:
— Второй заложник.
— Ноль двадцать один, я — башня. Что со вторым заложником?
— Сказали: выпустим, — ответил террорист. — Мы идем на взлет.
— Подождите, второй заложник! — крикнул диспетчер.
— Дурак, — спокойно выдохнул динамик. — Ты не понял, дурак? Я тебе сказал, дурак. Мы идем на взлет.
* * *
Самолет покатился по взлетной полосе. Командир спецназа смотрел на все еще открытый дверной проем «Ила». Он видел внутри какую-то возню, однако не понимал, что там происходит. Котов из-под ладони наблюдал за взлетающим лайнером. Вот колеса оторвались от бетонки, и самолет начал подниматься, тяжело и медленно, будто раздумывал: а не рухнуть ли ему обратно. Поднявшись достаточно высоко, «Ил» развернулся, выровнялся и вновь пошел к аэродрому.