– Не живется вам спокойно, да? – устало спросил Сухоруков. – Приключений ищете на свои задницы? А если б не я тут был?
– Да уж справились бы как-нибудь, – заметила Татьяна и рявкнула: – Мы так и будем тут стоять, как бедные родственники?!
– Виталя, – повернулся к Лопоухому Иван Захарович, – организуй.
Виталя, судя по выражению морды лица, с гораздо бóльшим удовольствием организовал бы для нас с Татьяной смертоубийство или, в крайнем случае, членовредительство, в особенности для меня. Но вместо этого он принес откуда-то деревянную лавку (одну на троих), потом привел какую-то девицу в сарафане, расшитом крестиком, которая выставила перед нами тарелки. Дополнительных блюд не требовалось: стол ломился от яств – целый поросенок, от которого, правда, уже откушали, несколько видов рыбы, не говоря уже про многочисленные овощи, как в свежем, так и в соленом и маринованном вариантах. У нас аж слюнки потекли.
Лопоухий шмякнул мне на тарелку кусок поросенка и сказал тихо – так, что услышала я одна:
– Чтоб ты подавилась!
О делах Иван Захарович нам сразу говорить не дал – как и обычно, он считал, что вначале нужно откушать. Мы и откушали, под русские народные песни. В процессе нам был представлен американский гость, прибывший поохотиться на медведя. У меня чуть не вырвался вопрос, а водятся ли в окрестностях медведи, правда, я смогла сдержаться. Зная возможности Ивана Захаровича, я не сомневалась: понадобится косолапый для дела – сам организует. Тем более что в нашем городе таковые есть. Одна моя коллега недавно рассказывала, как утром (в смысле часов в одиннадцать) шла она по Невскому от площади Восстания к Литейному и вдруг увидела, как какой-то здоровый мужик ведет на поводке собаку несколько странной породы. У коллеги не очень хорошее зрение, и она вначале не разобралась, кого на самом деле ведет мужик. Приблизившись, удивилась еще больше: таких хвостов у собак она никогда не видела. Более того, вокруг хвоста была или проплешина, или лишай… И только потом, уже поравнявшись со странной парой, коллега поняла: это топтыгин, и не только на поводке, но и в наморднике! Шел он неторопливо, лапами перебирал, мужик (кстати, с сильно испитой рожей) его то и дело подгонял. Позже, когда коллега водила сына в Эрмитаж, увидела того же мужика, по всей вероятности, с тем же медведем на Дворцовой площади. Они там на мед попрошайничали – по крайней мере, так было написано на русском и английском языках на берестяной емкости для сбора подаяния.
Раз Иван Захарович принимает американца лично – значит, это какой-то нужный американец, иначе Сухоруков поручил бы его кому-то из своих подчиненных. Но меня гораздо больше интересовало местонахождение немецкого барона, и после трапезы, вернее, первичного набивания желудка, я полюбопытствовала, где мой законный муж.