Вновь направлялись они на второй этаж Штарндаля, пытаясь разгадать тайну портрета Анонима. Тьму, окружающую их, разгоняют лишь чадящие смоляные факелы на стенах, да ещё старинный серебряный подсвечник с тремя свечами в правой руке.
-Кто же на сей раз попал под подозрение?
-Сейчас сам увидишь, - хриплым шёпотом отзывается идущий следом Гека. - Если приглядишься.
Следуя совету, Эрик поднял подсвечник повыше. И пару секунд хватило, чтобы убедиться - на всех портретах одно и то же лицо. Его собственное.
-Теперь ты понял, кто такой Аноним? - раздался сзади демонический хохот. Резко обернувшись, Эрик остолбенел. Вместо Геки перед ним стоял Дэнил.
-Подумать только, сколько лет ты скрывал своё истинное обличье под маской положительного героя, - продолжал издеваться ненавистный ирландец. - Но стоило оказаться внутри Звезды Шеорма, как сразу сползла вся фальшь добродетели. И теперь, Нейл, ты вернулся… сильнее любого из Архимагов, да вдобавок во главе целой армии. Глупо противостоять такой силище, и потому спешу примкнуть к ней, обещая служить верой и правдой во славу чёрных знамён! И склонился в насмешливом полупоклоне.
Эрик сжал рукоять подсвечника. Пламя свечей ярко вспыхнуло, и тени, надвигавшиеся со всех сторон, сочли за благо отступить.
-Я не тот, за кого меня принимаешь. И не бывать тому, о чём мечтаешь. Штарндаль никогда не сдастся чернокнижникам - вот в чём можешь быть уверен!
-Да неужели? Тогда вглядись в собственные изображения, и увидишь, кто прав.
Не желая заработать удар в спину, он сделал шаг в сторону и, встав вполоборота, быстрым взором окинул портреты. И - о, ужас! - как будто некий безумный художник решил на примере одного-единственного индивидуума запечатлеть всю гамму человеческих пороков. Горящие алчностью глаза стяжателя, надменно поджатые губы гордеца, холодный равнодушный взор асассина, приторная улыбка льстеца, похотливо высунутый язык сластолюбца - целая галерея безобразных карикатур, даже отдалённого сходства с которыми Эрик никогда не наблюдал, глядя в зеркало. Или не желал замечать?
Всегда нелегко глядеть на себя со стороны. Особенно тем, кто не привык в себе сомневаться.
Но сейчас он с отчётливостью осознал лишь, что не желает иметь ничего общего с отвратными харями, которые скалились, подмигивали и презрительно щурились со стен.
Минутная нерешительность чуть не оказалась роковой - пламя свечей почти погасло, и сумеречная паутина теней обступила со всех сторон. И под их покровом фигура врага принялась трансформироваться, преобразившись в гигантского, два с половиной человеческого роста, Чёрного Рыцаря.