Вздохнув, выпрыгнула на протоптанную тропинку (среди множества чужих следов мои потеряются скорее) и бросилась в сторону речных зарослей. В них-то и спрячусь! Пережду погоню, обдумаю сложившуюся ситуацию. Мочить обувь да одежду, естественно, не хотелось, но уж лучше это, чем смерть от руки каких-то психов с манией величия. Вода оказалась на удивление тёплой, течение слегка относило в сторону. Я отползла от берега подальше и, уцепившись за стебель камыша, закрыла глаза, наслаждаясь тишиной и покоем. Фу! Наконец-то повезло!
— Так-так-так, — раздался над ухом насмешливый голос. — Кто тут у нас?
Совсем радом из воды торчала умиляющаяся голова какого-то парня. Волосы сизые, переливающие то зеленцой, то синевой, кожа бледная, почти голубоватая, оттенок губ ближе к фиолетовому и только глаза нормального стального цвета. А в целом ничего, симпатичный такой парень, если б, конечно, не его удивительные «краски» лица, мог бы запросто работать моделью. Интересно, в этом мире есть кто некрасивый или это только мне лучшие экземпляры попадаются?
— Какая аппетитная девушка! — сладко протянул незнакомец, продолжая откровенно осматривать.
— В каком смысле? — осторожно уточнила ваша покорная слуга. В душе что-то ёкнуло, женская интуиция тихо заскулила.
— В самом прямом! — хищно улыбнулся парень, и в тот же миг вокруг вынырнуло ещё штук двадцать голов. Ой, мамочки!
— «Хозяйка! — с каким-то тихим злорадством протянул спинной мозг. — Не к добру это!»
Спасибо тебе, родной мой, без твоего предупреждения, ну никак бы не догадалась! Так надо с этими что-то решительно делать! Не хочу быть обедом — вдруг отравятся, а мне потом мучайся на том свете совестью!
— Не надо меня есть! Я невкусная и костлявая! — повернулась я к первоначальному собеседнику. Всё-таки мужчины доверчивее и добрее, с ними всегда можно договориться в отличие от женщин. — Зато за мной такая колбаса бежит! — присутствующие недоверчиво покосились. — Нет, честно! — продолжила я. — Отпустите меня — и я вам приведу много еды, вкусной еды! Вот столько! — развела для пущей убедительности руками.
— Не верь ей, Талик! — раздался за моей спиной женский голос. — Она тебя просто обманывает! Уж я-то знаю, на что наша сестра способна ради желания выжить!
— Я не твоя сестра! — огрызнулась ваша покорная слуга, оборачиваясь. Блин, и где эта хвалёная женская солидарность?! Обвинительница была удивительно красивой с волнистыми перламутровыми волосами и огромными сапфировыми глазами, вот только губы опять подкачали, «радуя» глаз нежным сиреневым оттенком. Хотя, порой помада пострашней встречается. Увидев моё лицо, незнакомка окончательно помрачнела и, злобно прищурившись сообщила: — Дорогой, не верь этой обманчиво-невинной симпатичной мордашке! У неё глаза прирождённой лгуньи!