— Сеньора, если вы не возражаете, то мы хотели бы получить список гостей, приглашенных на вашу вечеринку, — сказал один из полицейских, обращаясь к Ольге.
— О! — Ольга всплеснула руками, словно чувствуя себя обескураженной этой просьбой, но в следующий момент сказала: — Да-да, конечно! Кажется, список все ещё лежит у меня на столе! — И она выбежала в соседнюю комнату.
— Пустая трата времени, — сказал Теодор полицейскому. — Сегодня все были в масках и костюмах, и под шумок с улицы мог зайти кто угодно.
Полицейский усмехнулся, словно давая понять, что он и сам знает, что это пустая трата времени, но нужно соблюсти все формальности.
Ольга вернулась со своим списком, заметив, однако, что с улицы в дом мог запросто зайти кто-то посторонний.
— Это не очень серьезное ограбление, — успокаивающе сказал ей Теодор. — Весь ущерб — всего тысяч шесть песо, не более. Могло бы быть и хуже. А сейчас, полагаю, мне пора домой.
Элисса — которая до этого сердечно приветствовала Веласкесов и сказала несколько слов сожаления по поводу ограбления, как если бы она была лично виноватой в случившемся — последовала за Теодором. То же сделал и Рамон. Полицейские записали показания и предположения Теодора, и так как в доме Веласкесов делать им было нечего, также отбыли восвояси. На улице Элисса произнесла проникновенную речь, проникнутую сочувствием к Теодору, после чего села в дожидавшуюся её машину.
— Саусас это должно очень заинтересовать, — сказал Теодор Рамону, когда они шли через дворик. — Я специально не стал ничего рассказывать этим полицейским о… короче, я им ничего не сказал. Наверное, их вообще не надо было вызывать. Если тут и были какие-то отпечатки, то теперь больше нет.
Рамон устало швырнул свою кошачью маску на диван. Клоунский парик и шляпу он сдвинул назад ещё раньше, когда ещё здесь была Элисса, и теперь эти детали его костюма болтались на тоненьких резинках у него за плечами.
— В мире так много зла, Тео.
— Нет, — решительно возразил Теодор. — Я уверен, что в мире всего поровну — и хорошего и плохого.
Они поднялись в свои комнаты. Завидев их, Иносенса перегнулась через перила и спросила, не нашли ли полицейские грабителя. Теодор ответил, что нет.
— Из твоей комнаты что-нибудь пропало? — спросил у неё Теодор.
— Нет, сеньор.
— Хорошо. Ладно, Иносенса, иди спать. Завтра с утра можешь спать столько, сколько хочешь. Если я проснусь раньше, то сам приготовлю завтрак.
— Gracias, senor, Buenas noches.[27]
Несколькими минутами позже Рамон зашел в комнату к Теодору. На нем были брюки и рубашка, которые он надевал под свой маскарадный костюм. Теодор к тому времени уже успел раздеться и облачился в халат, собираясь идти в ванную.