Наконец он сказал:
— Нечестно поступают сами дети.
— Но как? Я знаю, что в некоторых случаях, которые вы изучали, вам удалось это установить, но здесь я просто не представляю, как Марки могла передвигать все эти вещи, да и зачем ей это понадобилось.
— Давайте я немного расскажу вам о детях. Почти во всех случаях мы имеем дело с ребенком подросткового или предподросткового возраста. Обычно это девочка. Во всех случаях она либо на что-то рассержена, либо чем-то встревожена. Иногда это приемная дочь, случается, девочка перенесла какое-то сильное потрясение. Она имитирует сверхъестественные явления либо для того, чтобы привлечь к себе внимание, которого ей очень не хватает, либо давая таким образом пассивно-агрессивный выход своему гневу.
Я немного рассказала Джеку о Марки, она вполне вписывалась в его схему. Хотя, как мне казалось, родители были достаточно внимательны и заботливы к девочке, на самом деле Марки приходилась им не родной дочерью, а племянницей. Сестра жены — родная мать девочки — была местной проституткой, она родила дочь вне брака и умерла от рака матки, когда Марки было четыре года.
Официант принес большую бутылку пеллегрино и два бокала на тонких ножках. Он нес их в одной руке, зажав ножки между пальцами. Наполнив бокалы, он поставил бутылку на стол и ушел.
— Мне трудно представить, чтобы Марки могла устроить такой кавардак, — заметила я. — Некоторые из передвинутых предметов довольно тяжелые.
— У детей есть свои приемы. Даже если не хватает сил, крупный предмет мебели все равно можно сдвинуть, нужно только правильно направить усилие. Однажды мне удалось снять на пленку, как ребенок занимался этим, когда думал, что его никто не видит. А некоторые дети действуют еще изощреннее, прямо как маленькие фокусники.
Я спросила, какова вероятность того, что все это делает кто-то другой, например родители, чтобы Марки стала знаменитостью, или брат, чтобы навлечь на нее неприятности. Джек сказал, что теоретически все возможно, однако он готов поспорить, что это Марки.
Официант принес сандвичи, и я решила, что это подходящий момент, чтобы прервать интервью и поесть. День был на редкость погожий, легкий ветерок ласкал шею, как тонкая мягкая ткань, в такую погоду хочется, чтобы день никогда не кончался. Я даже расслабилась, несмотря ни на что.
За едой я спросила Джека, где он преподавал. Он сказал, что после колледжа, получив докторскую степень, он несколько лет работал в детской психологической консультации, пока не понял, что предпочитает преподавательскую работу. Теперь он преподает, но иногда, в особых случаях, по-прежнему проводит консультации. Работа в Джорджтауне ему нравится, но он охотно принял приглашение поработать летом в Нью-Йорке, так как подумывает, не перебраться ли сюда насовсем.