- Слушай сюда, ..ля! У меня твоя сестра! Значит так, …, пулей сюда, или…
Из трубки понеслись неразборчивые яростные вопли брательника. Судя по тому, как начало багроветь лицо бандюгана, Фёдор явно не любезничал…
- Слушай, ты… - «браток» взмахнул рукой с пистолетом, отводя его от меня всего на пару секунд, но я успела схватить свой и направить на него. Как удачно! В кои-то веки мне повезло! Бандит явно испугался и сразу словно уменьшился в размерах. Все они смелые только против слабых и безоружных!
- А ну-ка, положи мобильник, - ласково попросила я, хотя меня всё трясло и пистолет прыгал в руке. Бандит это тоже заметил, посмотрел на меня, собираясь что-то сказать, но неожиданно вздрогнул и послушался. - Ага, а теперь разожми руку, пусть пистолет упадёт… Не сомневайся, тебе лучше это сделать. У меня приказа тебя брать живым не было, но я сегодня добрая, могу и отпустить… Умница, а теперь медленно повернись ко мне спиной…
У Серого на столе стоит жуткая статуэтка - толстенная голая баба, неприлично изгибаясь, держит на голове кувшин. В широкое горло кувшина Серый складывает ручки и карандаши. Не отрывая взгляда от напряжённой спины бандита, я переложила пистолет в левую руку, взяла в правую статуэтку, вытряхнула карандаши и с размаха врезала по темечку бандита увесистой филейной частью бабищи. Часть не подвела - он рухнул как подкошенный. Ну вот, надеюсь, я его всё же не убила.
Я постояла, тупо пялясь на него, потом собралась с мыслями, положила пистолет и взяла мобильник.
- Федька!
- А! Что ты там делаешь? - раздражённо отозвался брат. - И где этот тип?!
- Я только что его обезвредила, - я устало потёрла лоб тыльной стороной ладони со всё ещё зажатой в ней статуэткой. - Я не могу здесь оставаться, ведь внизу была охрана, а он всё равно прошёл. Значит, её больше нет. И он, возможно, был не один. Я пойду на КПП. Скажу Михаилу Дмитриевичу, чтобы послал за тобой машину, - продолжала я мерно излагать свои размышления и только что придуманный план, как вдруг сообразила, что Федька слишком долго не реагирует. Я мгновенно покрылась холодным потом: - Алло! Федька, мать твою, чего молчишь?
В трубке вместо хрипловатого баритона брата зазвучал красивый, спокойный и чуть насмешливый голос:
- Я бы не стал так ругаться, учитывая, что мать у вас одна… Выше Высочество.
- Вы кто? - вырвалось у меня.
- Я - привет из вашего родного мира, - продолжал издеваться голос.
- Ну так отвалите нафиг, «привет», и дайте трубку моему брату! - я снова ощутила всплеск агрессии.
- Боюсь, это невозможно. Видите ли, он слишком активно сопротивлялся, и нам пришлось его успокоить…