— А им нельзя сражаться за Светлых? Почему? — удивилась я. — Только потому, что у них такая непрезентабельная внешность? Глупо! Хотите, я вам эльфа создам? — взмахнула я рукой.
Эльф получился довольно приличный. Красивый, изящный, обаятельный и (главное) безоружный. Ну я же не хочу, чтобы меня пристрелили прямо здесь, в зале! А Байрон именно это и захотел сделать, прицелившись в меня из арбалета. Боже мой. Неужели этого мужчину я искренне любила? С ума сойти! После предательства Байрона я не испытывала к нему даже ненависти. У меня словно что-то сломалось внутри. Я с улыбкой развеяла эльфа и выжидающе посмотрела на Дандромеду. Та никак не могла прийти в себя от увиденного.
— Ну? Что скажете? — ядовито поинтересовалась я. — Монстры ведь бывают разными. Главное — чтобы они отличались от людей.
— Стража! — буквально взвизгнул маг. — Проводите Источник в тюрьму! А ты знай, — злобно обернулся ко мне Рудольф, — что сбежать тебе оттуда не удастся. Эту тюрьму я создал специально для тебя! Есть какие-нибудь вопросы?
— А как же! Сколько тонн клевера от каждой курицы-несушки вы положите в закрома после обмолота зяби? 5 — озадачила я Светлых и отправилась отбывать первый в своей жизни срок.
Доставшаяся мне камера оказалась на редкость отвратительной. А я-то думала, что свои места заключения Светлые содержат в образцовом порядке. Впрочем, маг же сказал, что данное помещение было создано специально для меня. Дескать, цени, злобная тварь! Угу. Сижу и ценю изо всех сил. Думается мне, что Рудольф, чтобы не тратить сил, адаптировал под камеру одну из подземных пещер. Поскольку окружающая меня обстановка явно была нерукотворной. Такое совершенно произведение каменного искусства могла создать только природа. Я осмотрелась по сторонам. Было полное ощущение того, что стены моей камеры подперты гигантскими колоннами, похожими на статуи чудо-вищных богов. Чадящий, тусклый свет единственного на все помещение факела обрисовывал их перепутанные как в кошмарном сне раскрытые пасти, глазницы, и переливы огромных тел. Потолок камеры ощетинился шпагами и стрелами сталактитов, а ребра некоторых колонн походили на лезвия мечей.
Я обошла свою небольшую камеру вдоль и поперек, оценила скудную постель (простая дубовая лавка) и отвратительную еду (повар в Школе и то лучше готовил), и выглянула в единственное зарешеченное окошко. Оно (как и следовало ожидать) выходило на обрыв. Впрочем, пролезть в него я все равно бы не смогла, даже если бы каким-то чудом выломала решетку. Окно было настолько узким и мелким, что в него, пожалуй, не каждая белка просочилась бы. Нда… мрачноватая перспектива передо мной вырисовывается. Может, начать подкоп рыть? А чем? Столовой ложкой? У меня не так много времени. Вот если бы меня сюда пожизненно заточили… а так… и начинать не стоит. Хотя картинка "Побега из Шоушенка" стоит перед моим взором довольно ярко. Сколько главный герой свой подкоп рыл? 12 лет? 15? Не вдохновляет. Я столько просто не проживу. Светлые, может, и идиоты, но не до такой же степени!