В узкую дверь, ведущую в храм Мельпомены, текла людская река. Следователь и не подозревал, что не избалованный условиями жизни народ всё ещё интересуется театром.
Когда часы показали без десяти минут шесть, Варенцову пришло на ум, что странное приглашение в театр могло оказаться обыкновенной шуткой. Следователь с тревогой, поскольку перспектива попасть впросак его ни коим образом не прельщала, стал искать среди женщин, поднимающихся по аллее к театру, знакомую девичью фигуру. Но почти все женщины, которых он видел, были существенно старше Лизы, и шли в сопровождении кавалеров.
Варенцов стал ещё больше нервничать и чаще поглядывать на часы.
Он увидел Лизу издалека, но узнал не сразу — настолько меняет женщину новая прическа и вечернее платье. Когда же, наконец, узнал, почувствовал приятное облегчение. Его беспокойство мгновенно улетучилось, но на смену ему пришло непривычное волнение.
Лиза приехала на такси. Она надела на предстоящий спектакль красивое облегающее платье ярко красного цвета и набросила на голые плечи прозрачную красную органзу. Лиза выглядела безупречно, и Варенцов догадался, что она тоже готовилась к встрече.
Видимо, взгляд Варенцова был очень красноречивым. Девушка улыбнулась, подошла к следователю, взяла его под руку и сказала:
— Пошли.
Последующие свои действия Варенцов запомнил не очень хорошо. Даже знакомясь со своей будущей женой, он ничего подобного не испытывал. В театре у него проснулось пребывавшее в длительной спячке чувство юмора. Он блистал остроумием, и был общительным и разговорчивым, как никогда. Лиза вела себя непринужденно, весело смеялась над его шутками, и, похоже, не вспоминала о том, где в это время находился её муж.
Когда начался спектакль, Варенцов быстро понял, что его совсем не интересует действие, развернувшееся на сцене. Не только потому, что он был поклонником кино и хорошего звука. Просто его мысли были сосредоточены на девушке, которая сидела рядом с ним и держала его за локоть. Единственное, что он запомнил из спектакля, так это то, что главной героиней была молодая и неглупая девушка, не такая красивая, как Лиза, и не в таком шикарном платье, как у его спутницы. То, что женщина была опасной, Варенцов понял, даже не вникая в суть происходящего.
Пока шёл спектакль, Варенцов то и дело незаметно поглядывал на Лизу, и резко отводил глаза всякий раз, когда замечал её игривую улыбку.
Варенцов тоже часто без видимой причины улыбался, но иногда уголки его губ всё же опускались, и выражение лица становилось твердым. В эти минуты он думал о том, что рядом с ним находится не просто красивая девушка, а человек, которого он рано или поздно должен будет упрятать туда, где не светят лучи софитов и откуда не видно ярко раскрашенных театральных декораций. Он не хотел об этом думать. Но поскольку эти мысли занимали его в гораздо большей степени, чем спектакль, он так и не понял, какую интригу разыграли на сцене приезжие актеры.