Когда я, как мне показалось, неслышно вошел в барак и стал засовывать оружие в свою сумку, меня шепотом окликнул Рокин, который спал недалеко от меня и был одним из тех, с кем я ежедневно занимался.
— Ну что, нашел грызуна? — спросил он ехидно.
— Нашел, — ответил я, засовывая сумки под кровать. — Можешь спать спокойно, крыса больше никого не побеспокоит.
Раздевшись, я лег и моментально заснул. А утром проспал предрассветную тренировку, что раньше со мной не случалось. Заставил меня проснуться дикий ор, который издавал командир Лаприц. Я уже упоминал, что он отличался повышенной голосистостью? Так вот, сегодня он показал все, на что был способен! Из его вопля я понял следующее: рано утром командир поднялся от неясного беспокойства, потому что нерадивый повар вчера подложил ему что-то в суп. Едва успев одеться, он выскочил на улицу, но почувствовал, что добежать до офицерского сортира со всеми удобствами просто не успевает, и решил воспользоваться солдатским. Забежав в дальний угол, Лаприц с успехом произвел выброс испорченных продуктов из организма, но в тот момент, когда он уже натягивал штаны и обернулся посмотреть на дело… задницы своей, командир заметил, что из дырки явно выглядывают чьи-то ноги в сапогах…
А сортиры-то здесь мелковаты, подумал я, ловя удивленный взгляд Рокина и прикидывая варианты развития событий. Шуму вышло много, позвали начальника лагеря, который приказал солдатам со склада вытащить тело из ямы и хорошенько отмыть. Когда опознание завершилось, разгорелся грандиозный скандал, затронувший всех офицеров нашего отряда. Обычных рядовых это не коснулось, поэтому мы со спокойной душой отправились завтракать. По молчаливому уговору, на эту тему за завтраком мы не говорили, но взгляды которыми награждал меня Рокин сообщили мне, что лишь только я отвернусь, об этом станет известно всем.
Оторвав меня от завтрака, в столовую вбежал секретарь и требовательно произнес, перекрывая шум голосов, обсуждающих произошедшее.
— Эльфа Алекса к начальнику!
Кинув напоследок еще несколько ложек каши в рот, я забрал свой недоеденный хлеб и пошел за секретарем, жуя по дороге и думая, кто же мог меня заложить? Начальник был не в духе, но пытался успокоиться привычным занятием — полировкой своих клинков. Сидя за столом, он обратился ко мне, дождавшись пока секретарь доложит о моей доставке и закроет за собой дверь.
— Алекс, я, конечно, могу допустить, что бедняга Кэлин просто пошел ночью по нужде и, поскользнувшись, упал в яму, ненароком свернув себе шею. Да только так шею не ломают, упав с небольшой высоты, а повреждения позвонков, которые я обнаружил на его теле, явно указывают на технику Рассветной Школы… Алекс, зачем тебе это было нужно?