Схватка закончилась так же внезапно, как и началась. Командир орков сильным ударом щита сбил последнего нападавшего с ног. Прикрывающий его справа орк ловким движением отрубил голову.
— Разбиться на тройки и обыскать селение! — вытираю Химеру от липкой и густой крови.
И хоть чудес не бывает, кто-то живой всё же мог остаться.
Маг воды, вспомнив основные свои обязанности, принимается за осмотр раненых. Их не так уж много. Доспехи у орков не под стать гномьим, но тоже сработаны на совесть. Единственного погибшего закрывают плащом.
— Что это за твари? — голос воздушного мага дрожит, он близок к истерике.
— Нет, значит, никого живого, — зло сплюнул на землю командир орков. — Мы ещё легко отделались.
— Не понимаю, — вампир озадаченно разглядывал мёртвых. — Эти сумасшедшие двигались, но я не чувствовал что они живые.
— Магия, — равнодушно пожал плечами я.
— Интересно, а вон те всадники поверят в такое наше объяснение? — проговорил Мезамир, доставая новую пару метательных ножей.
Я посмотрел на другую сторону площади. Из-за домов выезжала шумная кавалькада. Орки торопливо окружили меня и вновь обнажили оружие.
Увидев заваленную мертвецами площадь и наш вооруженный отряд, всадники замерли. Кто-то выругался. Кто-то потянулся за оружием. Но всего этого я не заметил, глядя в расширенные от ужаса глаза Эйвилин.
Никогда не думай, что всё идёт плохо. У судьбы специфическое чувство юмора, и скоро всё будет ещё хуже.
Орки обнажили мечи, спешно выстраивая стену щитов. Ехавшая первой тройка эльфов стремительно покинула сёдла, в их руках засверкали лезвиями длинные боевые шесты. Тигры — личная стража Императора. Эйвилин оттеснили назад, и она скрылась из моего поля зрения. Среди эльфов я с удивлением заметил несколько полукровок в цветах герцога Рокнара.
— Мечи в ножны! — приказал я оркам. Если сейчас вспыхнет схватка, то новая война с эльфами будет неизбежна.
Орки, недовольно ворча, подчинились. Расталкиваю их строй и выхожу за стену щитов, показательно медленно убирая Химеру в ножны. На меня тут же нацелился добрый десяток наложенных на тетиву стрел. Маги спешно зашептали заклинания, стремясь наложить на меня как можно больше защитных чар.
Сухо щёлкнула тетива: у кого-то из эльфов не выдержали нервы. Стрела зависла в воздухе, не долетев до меня добрый ярд. Мезамир метнул в лучника нож, но тот также завис в воздухе.
— Опустить оружие! — из ряда эльфов выехали два всадника, мужчина и женщина. Понять, что передо мной родители Эйвилин, не составило труда: семейное сходство было очевидно. Мужчина — высокий и стройный, с холодным цепким взглядом и повадками воина. В нём чувствовалась властность и сила: право приказывать и карать.