— Леди Ардит. Я всегда делаю то, чего не должна. А я не должна кататься верхом одна, и особенно, если не спросила вначале разрешения.
— Но ты же не одна, — заметил Гавин.
— Ты имеешь в виду грума? В глазах леди Ардит его недостаточно. — В улыбке Риа проскользнула покорность. — Меня всегда должна сопровождать моя горничная или одна или несколько воспитанниц леди Ардит и не менее двух грумов, один из которых должен быть полностью вооружен.
— Здесь, — недоверчиво переспросил Гавин, — вблизи стен дворца?
— Везде, — твердо повторила Риа.
— А я могу быть твоей охраной? Грум бы сказал, что я был возле тебя с самого начала.
Риа рассмеялась:
— Ты, Гавин Макамлейд, совершенно запрещен. Я должна быть вежливой, но держаться сдержанно и сухо, — повторила она предупреждение леди Ардит.
Гавин наблюдал за ее выражением, восхищаясь, как от смеха у нее в глазах вспыхнули серебристые искорки, он любовался ее волосами цвета полночной тьмы, которые показались из-под капюшона, когда она повернулась к нему. Его нисколько не удивило то, что ее предупредили быть осторожной с ним.
— Не надо держаться со мной сдержанно, милая. — В его голосе чувствовались и мольба и предупреждение.
Риа затрепетала от его тона.
— Я и не могу, — признала она. — Ты слишком много значишь для меня, ты - часть Галлхиела, ты напоминаешь мне о нем.
Кровь закипела у него в жилах при этих словах, давая ему надежду, которую она, он знал, не намеревалась подавить. Но это была надежда, которую он не мог подавить. Если она придет к нему сама и без каких-то ухищрений с его стороны, то он не будет сожалеть об этом.
Прошло немало времени, когда он снова заговорил.
— Они увезли тебя в Атдаир.
Она с удивлением посмотрела на него:
— Как ты узнал?
— Мой отец, он мне сказал. Когда забрал меня из Аирдсганна.
— Тебе было очень плохо? — тихо спросила она, ощущая в его словах боль за прошедшие годы.
Но он не стал говорить об этом.
— Я добился успеха. Расскажи мне об Атдаире.
Она задумалась, в памяти промелькнуло болезненное воспоминание о Лиссе Макичерн, о том, как ее дядя предал ее тетю, предав тем самым и веру Риа в самых близких ей мужчин. Вместо этого она рассказала о самом замке, его роскоши и красоте окружающих холмов, где ей было разрешено бродить вместе с ее кузенами. За ними хорошо смотрели, это верно, но со стороны, — охранники никогда не нарушали их ощущения свободы.
— Ты не была там счастлива?
Риа быстро взглянула на него, удивляясь, как он смог открыть правду, несмотря на ее веселый рассказ о четверых мальчиках и их проделках:
— Я никогда не бываю счастлива вдали от Галлхиела.