– Если бы мы с вами остались вдвоем, получилось бы нечто совершенно иное, – неожиданно заявил Марк.
Я помню этот момент очень хорошо, он словно отпечатался в моей памяти.
– Что вы имеете в виду?
– Вам лучше не знать, – отвел глаза Марк. И принялся аккуратно резать ножом бифштекс.
– Э нет, так не пойдет. Договаривайте. Вы что, думаете, что я рада вашему отъезду? Раз уж вы все равно уедете, то я могу вам сказать, что хоть я и люблю свою работу, но не представляю, как буду тут без вас. Вы должны мне верить.
– Я верю, – немного грустно улыбнулся он. – Самое ужасное, что хоть в багажнике вашей машины уже и лежат два моих чемодана, я совершенно не представляю, как буду без вас ТАМ. И все же это очень хорошо, что я уезжаю.
– Почему? – удивилась я.
В тот день я впервые поняла, что Марк тоже может относиться к чему-то с волнением. До этого я была уверена, что его самообладание выручает его в любой ситуации.
– Потому что невозможно смотреть на вас каждый день и не сходить с ума от восторга. Вы... вы уникальны. Постойте, это совершенно не комплимент. Я видел на своем веку много женщин, в том числе и деловых. Но вы – как вы сохраняете себя, свое человеческое лицо? Как вы умудряетесь совершенно не превратиться в хищника?
– Я? Да я давно уже всех рву на куски и питаюсь кровью заказчиков, – усмехнулась я.
– Нет, мне иногда кажется, что вам вообще наплевать на деньги.
– Это вы загнули! – возмутилась я. – Деньги нужны всем.
– Это верно, но... только вы ради них никогда не опуститесь до подлости или предательства. Хотя большинство тех, кого я видел на вашем месте, делали это сразу же. Практически в первый день.
– Вы думаете обо мне гораздо лучше, чем я есть на самом деле. – Я всерьез смутилась и отвернулась. Ведь я-то знала, что такая моя чистоплотность объясняется всего-навсего тем, что мне лично от этих денег достается самая малость. Моя семья, Андрей и его докторская (тогда он только-только ее защитил), его космос, его мечты и стремления – я работала ради будущего, которое мне не принадлежало. А поскольку так было всегда, то я действительно испытывала некоторое равнодушие к заработанным деньгам. Я работала ради самой работы. И... ради того, чтобы хоть иногда видеть восхищенные глаза Марка – а это уж почти невыполнимая задача. И уж, во всяком случае, я совершенно не собиралась ставить его об этом в известность.
– Послушайте, Елена Петровна, я хочу сказать вам, раз уж все равно уезжаю и такого шанса больше может не представиться: мне кажется, вашему мужу страшно повезло, что рядом с ним именно вы. Может быть, я чего-то не знаю, но он должен каждый день радоваться, что вот так, вслепую, еще в далекой юности он случайно вытянул счастливый билет.