Ободрённый Будин продолжал:
— Только чрезвычайная обстановка, а может быть, и нервы привели меня к вам.
Волков смотрел на Будина и понимал, что длительное жонглирование смертью в тылу русских и двухмесячная разведка в атомном центре натянула нервные волокна этого незаменимого для него человека.
— Господин Будин, — снова ободрил его Волков- Лайт, — вы сын славного капитана Углова! Ваш последний подвиг утончён и бесстрашен: трёх людей в преисподнюю — и добыта вся дислокация. А чекисты ищут среди амнистированных!
Будин напряжённо улыбнулся.
— Господин Углов, — мягко говорил Волков, — скоро, скоро. Вилла в Калифорнии — ваша. Сад, апельсиновые деревья, синие ели, пенсия военного министерства — ваши.
И, приняв торжественный тон, Лайт похлопал Будина по узкой руке:
— Вы знаете, господин Углов, я держу своё слово, как Цезарь. И я говорю: «Прольются на вас щедроты наши, и легка будет жизнь ваша впереди». И ещё я вам говорю: «Обойдём чекистов и на этот раз».
И Лайт дружески приказал:
— А теперь расскажите, что привело вас сюда.
— Шеф, я буду краток. Поездка к инженеру Зуеву прошла благополучно. Прочие задания — также; встречи с Козловым — также; первая,- вторая, третья встречи с Нежиным — благополучно. Но в последний раз Нежин был рассеян, плохо рассказывал, точнее говоря «плохо консультировал», — выдавил из себя улыбку Будин. — К тому же, Нежин спросил про расписки: «Я, кажется, что-то писал вам в прошлый раз. Покажите, пожалуйста».
— Расписки с вами?
— Здесь.
Будин достал металлический бумажник и протянул шефу три небольших розовых листка.
Не трогая расписок, Волков спросил, указывая глазами на бумажник:
— Заряжен?
— Соляной кислотой.
— Где храните?
— Не отыщут даже рентгеном.
— Читайте.
Выслушав, шеф одобрительно хмыкнул:
— Блестяще! Парень подписал добровольно или под вином?
— О доброй воле и речи нет.
— Абулин?
— Да,
Лицо Волкова стало серьёзным.
— В наших руках теперь возможность давления. Прочитайте-ка ещё одну расписку.
Будин взял розовый лист, поднёс его ближе к свету и стал читать:
«Я — Нежин Вадим Александрович — настоящим расписываюсь в том, что 4 июля с. г. получил от гр. Будина Н. Н. 3 000 (три тысячи) рублей за предоставление ему совершенно секретной информации о работе спецгруппы Главурана.
В. Нежин».
— Мальчика мы уломаем. Но трогать эти бумаги пока рано.
— Недавно он не пришёл на консультацию. В другой раз отказался от денег. Пришлось удвоить цифру.
— Сколько?
— Три тысячи.
— Взял?
— Да.
— Золотых собачек — денег — не жалейте. Есть ещё?