– Когда это было?
– Осенью, кажется… Как раз в пору бабьего лета. – Его губы дрогнули в усмешке. – Бабье лето! В этом возрасте женщины становятся легкой добычей для разных альфонсов. Нелли переживала именно этот период. В ней проснулась жажда наслаждений, сожаление об упущенных возможностях… Молодые прощелыги умеют подобрать ключик к дамам не первой молодости.
Себя он к альфонсам не причислял.
– Кто он? Как зовут, фамилия?
– Я работаю в промышленной компании, а не в милиции.
– Хорошо, – кивнула Астра. – Как он выглядел, вы рассмотрели? Сможете описать?
– Э-э… весьма приблизительно. Молодой, лет двадцати пяти… рослый, смазливый… в общем, типичный бойфренд… Красавчик!
– Во что он был одет?
– Боже мой, во что одеваются подобные типы? Джинсы, курточка…
Девочке надоело сидеть на диване, она встала и подошла к дежурному за стойкой из пластика, спросила, когда придет ее мама.
Дежурный принялся звонить по телефону, потом протянул девочке несколько конфет. Она вежливо поблагодарила.
– Твоя мама освободится через полчаса. Можешь погулять, только не уходи далеко.
Она достала из кармана варежки и со вздохом направилась к двери.
– У тебя есть часы? – крикнул из-за стойки дежурный, но девочка уже вышла на улицу.
Из двери в холл проник холодный воздух. Олег Провоторов проводил девочку взглядом. У него не было детей и уже, скорее всего, не будет. Надеялся ли он, что Нелли подарит ему ребенка? Вряд ли. В тридцать девять лет нелегко забеременеть и благополучно родить…
– И все же вы решили просить Нелли о примирении?
Он тряхнул головой, повернулся к Астре.
– Почему бы нет? Она же не так наивна, чтобы выйти замуж за молокососа, у которого ничего за душой. Уверяю вас, московская прописка влечет таких молодчиков куда больше, чем сомнительные прелести сорокалетних подруг. И потом… у них отношения не склеились.
– Вы следили за ней, не отпирайтесь.
– По улице Вавилова пролегает мой маршрут в тренажерный зал, – с вызовом сказал он. – Я покупаю льготный абонемент, как постоянный посетитель.
– И вы совершенно случайно проезжаете мимо дома госпожи Ракитиной?
– После того раза я стал чаще заезжать к ней во двор. Замучила ностальгия по нашим вечерним прогулкам, долгим разговорам, планам на будущее. Нелли, в сущности, неплохая… ее испортили родственники. Они все помешаны на каких-то древностях! Соберутся и говорят только о Вавилоне, раскопках, о черепках, гробницах… Тоска зеленая! По-моему, увлечение мертвым прошлым не так безобидно, как кажется. Может и крыша поехать…
– «Прошлое» – всего лишь слово для обозначения течения времени. Наш с вами разговор ежесекундно становится прошлым… но не мертвым! – возразила Астра. – Все, что продолжается, – живет.