- Бегу, бегу, девочка моя, - материализовалась нянька в коридоре. - Что случилось, милая?
- Он меня обижает, - загнусавила я, тыкая пальчиком. - Словами нехорошими ругается. Вот даже столиком в меня кинулся.
- Что? - подбоченилась призрак. - Обижать принцессу? Ну, я сейчас ему навешаю, научу, как следует держаться пред ее высочеством. Ну-ка иди сюда, старый грешник. У-у, каторжник, - погрозила она прозрачным кулаком.
Изловила она его все-таки, и так отходила плеточкой, что дух бегал по кругу и верещал страшным голосом. Он от нее и по потолку бегал, и за мебелью прятался и в воздухе растворялся, но Агриппа все равно догоняла и хватала за шкирку. А когда полтергейст чуть присмирел, начала воспитательные работы - научила поклоны пред представителем королевской семьи отвешивать, обращаться правильно, по полу стелиться по-холуйски. На орехи еще пообещала и этикету научить.
Тут призрак взвыл и, оставив в руках нянюшки приличный кусок своего рванья, бросился ко мне на коленях:
- Не губи, государыня. По глупости я погорячился. Обещаю больше не шалить и вести себя подобающе. Только убери тетку, со свету ведь сживет. Я уж и на тот свет согласен, только бы подальше от нее.
- Ах, ты, пень проклятый, к ее высочеству и без доклада, да сразу ножки лобызать. Охальник, - набросилась на него няня.
- И правда, Агриппа, замучила ты его. Все же призрак, а не служка дворцовый. Отпусти. Пусть идет с миром. Можно, господа экзаменаторы? - подняла я голову.
В комнату я вернулась в полуневменяемом состоянии. Разделась, омылась и завалилась спать.
В ту ночь мне привиделся странный сон.
Я стою в каком-то темном помещении, в углу горят светильники, нос щекочет странный, неизвестный мне запах - нежный, но глубокий и жаркий. Помню свои волосы, заплетенные в венец, покачивающиеся в ушах длинные серьги, каких никогда не носила. Напротив стоит человек в длинной рясе и читает в слух какую-то книгу. Только слова не пойму. Меня берут за руку и крепко сжимают ее.
Я смотрю на того, кто стоит рядом. Черный балахон скрывает его от меня. Лишь рука сжимающая мою, белую и мокрую. На пальце печатка. Странные вензеля из белого камня.
Поднимаю руку и касаюсь капюшона, чтобы заглянуть, кто же за ним скрывается.
На меня смотрит что-то уродливое и страшное. С черными как ночь глазами. С лицом смерти.
Проснулась я от крика.
Перевела дух.
И поняла, что навряд ли засну вновь.
Взломав замки комнаты, я вышла в коридор и привычной тенью проскользнула на улицу. Меня трясло и хотелось плакать. Такой испуганной я редко бываю.
От нечего делать я прошлась по развороченному за день полигону, дошла до ангаров. В одном из них томился Змей. Преодолев все замки и забравшись к нему, я погладила зверюшку по всем пяти головам.