– Сумеем ли мы их остановить? – негромко спросил старый бригант.
– Попробуем. Расскажите мне все о том, что увидели, когда нашли короля бездыханным.
– Он лежал во дворе, – сказал Гвалчмай. – Рядом валялся труп жуткого чудовища с распоротым брюхом – и ты не поверишь, с какой быстротой его труп разлагался. К вечеру остались только кости и смрад.
– И больше ничего? Только труп чудовища и король?
– Да… нет… Рядом с телом лежал гладий. Одного из стражей.
– Гладий? Его там обронил телохранитель?
– Не знаю. Я спрошу.
– Не откладывай, Гвал!
– Но какая в этом важность?
– Если им воспользовался король, то, поверь мне, это очень важно.
Гвалчмай вышел, и Прасамаккус и Откровение направились вместе к круглому парапету северной башни и обвели взглядом холмы, окружающие Эборакум.
– Такая зеленая, такая красивая земля! – сказал Откровение. – Узнает ли она время без войны хоть когда-нибудь?
– До тех пор, пока тут обитают люди, нет, – ответил Прасамаккус, опустился на выступ в стене, чтобы дать отдохнуть хромой ноге, и плотнее закутал щуплое тело в зеленый плащ – ветер был очень холодным. – Я думал, вы, бессмертные, не старитесь, – заметил он.
Откровение пожал плечами.
– Всему наступает свой срок. А как Хельга?
– Она умерла. Мне без нее пусто.
– А дети у тебя есть?
– У нас родились сын и дочка. Мальчик умер от красного поветрия, когда ему было три года, но дочка выздоровела. Стала настоящей красавицей. Сейчас она носит под сердцем и надеется, что родит мальчика.
– Ты счастлив, Прасамаккус?
– Я жив… и светит солнце. Мне не на что жаловаться, Кулейн. А ты?
– Думаю, я получил все, что хотел. Скажи, от Мэдлина нет вестей?
– Никаких. Они с Утером расстались несколько лет назад. Не знаю, как и почему, но началось тогда, когда Мэдлин сказал, что его магия не может обнаружить, где спрятались вы с Лейтой. Утер решил, что он не хочет помочь, храня верность тебе.
– Он ошибся, – сказал Откровение. – Я воспользовался своим камнем, чтобы укрыть нас.
Прасамаккус улыбнулся.
– Но не от собаки. Я сожалею, что пустил ее по следу. Лучше бы нам вас не находить. Но Утер был моим королем и моим другом. Я не мог предать его.
– Я не виню тебя, мой друг. Только жалею, что вы не продолжили поиска, когда мы спрыгнули с обрыва.
– Но почему?
– В пещере ждал сын Утера. Лейта родила в пещере, и младенец остался жив.
Лицо старого бриганта побелело.
– Сын? Ты уверен, что он – Утера?
– Это бесспорно. Он вырос у саксов. Они нашли его рядом с сукой и назвали его Даймонссоном. Стоит тебе его увидеть, и никаких сомнений у тебя не останется. Он – вылитый Утер.