На следующее утро, вскоре после завтрака, Таддеус, находившийся в библиотеке, почувствовал, что кто-то стоит в дверях. Он оторвался от своих заметок, которые записывал в тетрадь, и увидел Викторию. На ее лице застыло воинствующее и решительное выражение.
До этого у него было на удивление отличное настроение, и это несмотря на то, что ему надо было искать пропавший кристалл и расследовать несколько нераскрытых убийств. День обещал быть замечательным. В саду светило солнце. Таддеус уже начинал думать, что дела, вероятно, пойдут лучше, если у него будет хорошее настроение.
Но сейчас у него появилось ощущение, что Виктория избавит его от этого оптимистического настроения. Таддеус встал.
– Доброе утро, тетя Вики, – улыбнулся он. – Вижу, вы сегодня рано встали.
– Я всегда встаю рано. – С этими словами Виктория вошла в комнату и уселась перед его письменным столом. – Ты же знаешь, что я мучаюсь бессонницей и страдаю от неприятных сновидений.
– Вам стоит потолковать об этой проблеме с мисс Хьюитт, – посоветовал Таддеус. – Она весьма квалифицированный специалист и разбирается в таких делах.
– Должна тебе сказать, что именно из-за мисс Хьюитт я пришла сюда, – сказала Виктория.
Сев, Таддеус сложил перед собой руки на столе.
– Этого я и боялся, – сказал он. – Надеюсь, это ненадолго. Не хочу показаться грубым, но я как раз собирался позавтракать, а после этого у меня очень много неотложных дел.
– Завтрак… – ледяным тоном повторила она. – Именно из-за этого я сюда и пришла.
– Что-то не так с завтраком? – спросил Таддеус.
– Мисс Хьюитт попросила, чтобы завтрак ей принесли в комнату, – заявила Виктория.
Виктория явно ожидала, что эта новость поразит ее племянника. Таддеус несколько мгновений раздумывал над ее словами, пытаясь понять, где ловушка. Он был уверен, что ловушка есть, только, как ни старался, не мог ее обнаружить.
– Ясно, – протянул он. Таддеус уже давно пришел к выводу, что именно такое замечание необходимо, когда беседуешь с разъяренным человеком. – Может быть, мисс Хьюитт предпочитает по утрам есть в одиночестве?
Плечи Виктории возмущенно приподнялись.
– Я уверена… – на этом слове она сделала ударение, – что она предпочитает остаться в одиночестве.