— Но у меня и вправду гость. Ты.
— Однако ты явно не хочешь, чтобы я начинал без тебя.
— Безусловно, нет.
— Значит, кто-то еще в курсе твоих планов охоты на мужа. Кто именно?
— Тодд Лоуренс, — ответила она, гладя его руки от кистей к плечам. — Он помог мне с прической, макияжем и одеждой.
Джек поднял брови:
— Тодд?
Если она правильно поняла, в голосе Джека прозвучала легкая ревность. Дейзи это порадовало, но она поспешила уточнить:
— Он гей.
— Нет. Это не так, — удивил ее Джек. Она растерянно заморгала.
— Разумеется, гей.
— Если это Тодд Лоуренс, которого я знаю, что живет в большом викторианском доме и владеет антикварным магазином в Хантсвилле, он точно не гей.
— Тот самый Тодд, — нахмурилась Дейзи, — но он гей.
— Он определенно не гей.
— Откуда ты знаешь?
— Поверь, знаю. И мне плевать, если он прошел твой тест на пюсовый цвет.
— Он прекрасно умеет делать покупки, — настаивала она, защищая свое мнение.
— Черт побери, я тоже отлично умею делать покупки, если ты станешь покупать автомобиль или пистолет… или что-нибудь вроде этого.
— А он замечательно выбирает и покупает одежду. А еще знает, как подобрать аксессуары, — на торжествующей ноте закончила она.
— Тут ты меня подловила, — признался он. — Но все равно он не гей.
— Нет, гей! Почему ты считаешь, что нет? Джек пожал плечами:
— Я видел его с женщиной.
Дейзи на миг растерялась, но тут же нашлась:
— Может быть, он занимался с ней покупками. Я тоже женщина, а он потратил на меня целый день.
— Он целовал ее, глубоко и страстно. Дейзи открыла рот:
— Но… но зачем ему притворяться геем, если это не так?
— Понятия не имею. Он может изображать марсианина… если вздумает.
Дейзи недоуменно покачала головой:
— Он даже любит Барбру Стрейзанд. Я видела у него диск с ней.
— Гетеросексуалы тоже могут любить Стрейзанд.
— Неужели? А какую музыку любишь ты?
— "Криденс". "Чикаго". Всякую классику.
Она уткнулась носом ему в плечо и засмеялась. Он улыбнулся: ему понравился ее смех.
— Я, знаешь ли, любитель "Голден олдиз". А как насчет тебя? Нет, дай мне догадаться. Ты любишь старую классику.
— Нечестно. Ты видел мою музыкальную коллекцию на полках в гостиной.
— Я был там — сколько времени? — какую-то минуту, пока ты звонила матери. И я не изучал в это время твою коллекцию.
— Ты полицейский. У тебя глаз натренирован все замечать.
— Да побойся Бога! Я думал лишь о том, как спустить с тебя трусики.
— Какого цвета мой диван?
— Голубой, с крупными цветами. Думаешь, я не заметил бы? Мы на нем голыми барахтались.
— Знаю, — блаженно промолвила Дейзи.
— Но насчет одного ты права. Я коп и потому очень наблюдателен. Например, в какой клуб ты собираешься пойти в следующий раз?