Ники задержалась около Трейса, в надежде на утренний поцелуй, но он слишком увлекся едой.
— Я думала, что и твое настроение будет лучше, — заметила она.
Ей в глаза ударила зеленая молния его загадочного, как всегда, взгляда. Она не могла понять, о чем думает Трейс, но он сам подсказал ей, спросив:
— Ты не раскаиваешься?
— Раскаиваюсь, что заставила тебя волноваться. — Она скользнула на свой стул. — Но не в том, что провела с тобой ночь. А ты? — Ники отломила кусочек тоста. — Я немного потеряла контроль над собой сегодня ночью.
— Именно. Но я практически не оставил тебе выбора.
— Ох, Трейс. — Она потянулась к его руке. — Так вот что тебя беспокоит? Поверь, я была точно там, где хотела быть.
— Ты уверена?
— Совершенно. Я хотела быть с тобой с тех пор, как ты поцеловал меня тогда, в участке.
Трейс посмотрел на Микки, как бы проверяя его реакцию. Ники усмехнулась уголками губ.
— По-моему, не стоит волноваться. Он еще слишком мал, чтобы понять. — Она уставилась в тарелку. — Похоже, это ты раскаиваешься.
— Нет, конечно. — Он положил вилку. — Эта была необыкновенная ночь. Ты была потрясающей. — Его пальцы сплелись с ее пальцами. — Я тоже хотел быть с тобой.
— Правда? — Она покраснела от удовольствия.
— Да. — Трейс поднес ее руку к губам и поцеловал. — Ты научила меня той истине, что иногда контроль не так уж и нужен. — Он отпустил ее руку и встал. — Но мне надо идти.
— Да-да, конечно.
Ники, смущенная тем, что Трейс желает ее, наблюдала, как он уносит и ставит на стойку свою тарелку. Потом он вернулся и поцеловал Микки в голову.
— Пока-пока, папа! — крикнул малыш.
Трейс обошел стол, остановился у стула Ники, взял ее за подбородок и страстно поцеловал в губы.
— Скоро увидимся.
От этого обещания краска залила ее лицо. Он ушел, а она продолжала сидеть, растерянная, потрясенная. Его уклончивые ответы все же заставляли думать, что на самом деле он начал раскаиваться в том, что произошло между ними. И конечно, Ники поняла почему.
Честь и долг — все для Трейса. Воспользоваться кем-то, кто находился на его ответственности и под его защитой, для него отвратительно. Ей было приятно считать, что их отношения давно перешли из стадии «работник — работодатель» в стадию искренней дружбы, а вчера был просто следующий шаг. Но Трейс может воспринимать ситуацию по-иному.
И все-таки мысль, что ему может быть стыдно за одну из самых прекрасных ночей в ее жизни, больно ранила Ники.
Она надеялась, что сможет рассеять все его сомнения. Если его прощальный поцелуй что-нибудь значит.
Но немедленно возникает вопрос: чем ей грозят близкие отношения с ним?