— Ну, — предположил я, — развод, пожалуй, не лучший выход, это вредно отразится на репутации Ольги. Так что некоторое время ей придется потерпеть существующее положение дел. Здоровье я ей поправлю, не волнуйтесь. А её муж… он, гад, ищет наслаждений, и гори все остальное синим пламенем? Он их получит. Столько, сколько захочет. И будет честно предупрежден, что излишества могут оказаться вредны для самочувствия. Никто его и пальцем не тронет, он сам выберет свою дорогу и пройдет по ней до конца — эта дорога будет из тех, с которых невозможно свернуть.
Героин тут уже производится, подумал я, но этому клиенту лучше из моего мира синтетики натаскать, она эффективней.
Мои обещания насчет Ольгиного здоровья отнюдь не были блефом. Утверждение "все болезни от нервов" идеально подходило к ее случаю, в нашем мире она через год успокоилась, и волосы тут же отросли обратно. Здесь я ее постараюсь успокоить пораньше, через портал свожу для поднятия общего тонуса, ну лекарств каких-нибудь из своей Москвы презентую, сильно не помогут, но все-таки.
— Я рада, что мы с вами так замечательно побеседовали, — светским тоном сказала императрица, — предложите мне руку, и давайте вернемся к моим детям. Я смотрю, вы живете совсем скромно? — продолжала она по дороге, — неужели вы все силы вашей недюжинной натуры тратите на помощь моему сыну в его трудах на благо России, ничего не оставляя на себя? Если бы вы знали, сколь редко ныне можно встретить такое…
На следующий день к нам приехал Михаил, провести Рождество в кругу семьи, и вернулась из Москвы Маша. Будучи представленной Марии Федоровне, она вела себя скромно и произвела неплохое впечатление. После беседы с ней императрица подошла ко мне.
— Георгий Андреевич, мне очень понравилась ваша племянница, но, надеюсь, вы понимаете, что о браке Жоржа с ней речь идти не может?
Я, в общем, был готов к такому повороту событий, а потому, сделав наивное лицо, изумился:
— Да отчего же? Все зависит от развития событий. Вот представьте себе, победила та самая революция, а мы, как люди предусмотрительные, успели сбежать. И почему бы тогда парижскому таксисту Гоше Романову не жениться на английской летчице и художнице Маше Островской?
— Вы… да как… извините. Это вы серьезно говорите?
— В какой-то мере. Я просто хотел подчеркнуть, что все меняется. Сейчас — да, великий князь Георгий не может себе позволить такого брака. Но если, например, возможность занятия им престола будет исключена, то отчего бы и нет? Пожалование Маше титула княгини Ла-Маншской — вопрос нескольких ближайших месяцев.