– Мои чувства не увянут и не умрут, – твердо ответил Шон. Лия хотела возразить, но он прикрыл ей рот ладонью. – А теперь позволь, я кое-что тебе объясню.
Несколько мгновений он молчал, не сводя с нее темных, словно зимняя полночь, глаз. Затем глубоко вздохнул и начал рассказ:
– Я не верил в любовь и в клятвы вечной верности. Жизнь научила меня, что такие обещания нарушаются сплошь и рядом. Я был убежден, что никогда в жизни ни с одной женщиной не захочу остаться навсегда. Но ты уехала – и каждый день, прожитый без тебя, стал для меня вечностью. Я не мог есть, не мог спать. Думал только о тебе и о том, как мне тебя не хватает. Ты снилась мне по ночам, и, просыпаясь, я с новой силой осознавал свое одиночество.
– Понимаю! Я сама переживала то же самое! – с чувством воскликнула Лия. – Что же заставило тебя решиться?
– Свадьба брата.
Заметив ее удивление, он улыбнулся – на этот раз удивительно теплой и доброй улыбкой.
– Да, Пит женился наконец на своей беглой невесте. Венчание состоялось вчера…
Он бросил на нее вопросительный взгляд.
– Тебя ведь там не было?
– Нет, я… я была занята… на работе. – Лии не хватило духу признаться, что она попросту струсила. Не решилась пойти на праздник, зная, что непременно увидит там Шона.
– Так вот, едва разошлись гости, я сел за руль и помчался в Лондон, чтобы отыскать тебя.
– Но почему?
– Почему? Потому что понял, в чем моя ошибка. Я был шафером Пита: стоял рядом и слышал, как они с Энни клянутся, что только смерть разлучит их. Видел их счастливые лица, свет в глазах. А потом представил, что умру, так и не увидев тебя снова… – При этих словах он вздрогнул – движение, красноречивее любых слов поведавшее о его чувствах. – Я знал, что без тебя не хочу жить; но сила собственных чувств пугала меня.
– Меня тоже, – тихо ответила Лия. – Я долго не решалась признаться в этом даже самой себе.
Он бросил на нее быстрый взгляд, и Лия догадалась, как много значит для него это откровенное признание.
– Но ты была храбрее меня. Честно сказала то, что думала. Даже Пит, мой младший братишка, оказался смелее, чем я!
– Он ведь не пережил потерю отца. У него не было Марни и…
– Ш-ш-ш!
Шон снова прижал палец к ее губам, жестом прося замолчать.
– Не вспоминай о них. Все они в прошлом. Наше будущее их не касается. Как ты думаешь, Лия, каким станет наше будущее?
Должно быть, в глазах ее еще читалась неуверенность. Шон подвел ее к креслу, усадил, а сам присел рядом с ней на ручку кресла.
– Подожди, я доскажу до конца. Наконец-то мои тупые мозги сумели облечь в слова истину, о которой уже давно догадывалось сердце. Я понял, что такое вечность. Это всего лишь череда дней: один, другой, третий, десятый, взятые вместе. И все эти дни я хочу прожить с тобой!