– Изабель очень любила своих родителей, – продолжал Ричардс. – А они были безжалостно вырваны из жизни. Потому-то она и чувствует себя брошенной и видит свое лицо незавершенным.
Он поднял взгляд на сидящих перед ним женщин. Глаза Миранды увлажнились.
– Я чувствую себя такой беспомощной, – пробормотала она.
– Напрасно. Вы сделали все, что могли. Более того, вы с мужем окружаете ее любовью и даете ей ощущение стабильности. Дядя и тетя, в свою очередь, обеспечивают связь с прошлым, а искусство играет роль отдушины.
Миранда вытерла глаза, но слезы все текли и текли.
– Учитывая то, что она перенесла, – желая немного успокоить Миранду, сказал Ричардс, – Изабель чувствует себя весьма неплохо. Самое страшное уже позади, миссис Дюран, пусть это вас утешит.
– Как вы думаете, он из прошлого Изабель? – спросила Сибил, указав на портрет неизвестного. Ричардс ведь не сказал о нем ни слова.
– Почему она рисует его лицо? – тотчас подхватила Миранда.
Доктор Ричардс поморщился. Глядя на женщин, он понимал, что они догадываются, каков будет его ответ.
– Это лицо она видит в кошмарах, – тихо проговорил врач. – Вероятно, именно он убил ее мать.
В мае Изабель наконец дождалась того, что так долго ждала: тетя Флора и Алехандро сообщили, что теперь она может приехать в Барселону.
– А Тереза Серрат там будет? – спросила Изабель, вспомнив дочь Педро и Консуэлы.
– Нет. Она собирается провести лето у родственников в Марбелье. А ты не хочешь взять с собой Нину? – внезапно спросила Флора.
– А можно? Ты серьезно? Не возражаешь?
– Да, конечно, не возражаю, – радостно засмеялась Флора.
Через несколько дней из Испании пришло два письма. Одно из них предназначалось Дюранам – в нем говорилось, что нужно снять деньги со счета Изабель, чтобы покрыть все расходы, связанные с поездкой девочек в Барселону. Второе письмо было адресовано Изабель.
Оказывается, иск об опекунстве отозван. Возможно, Мурильо и впрямь отказались от мысли заполучить свою внучку.
– Я очень рада! – захихикала Нина, все еще не веря, что поедет на лето в Европу.
– Подумать только, Изабель, – пытаясь не выказывать своего огорчения, сказала Миранда, – ты увидишься со старыми друзьями и побродишь по любимым местам. Это так здорово! – Улыбка Изабель стала шире, но во взгляде читалась грусть. – Что такое, милая? – удивилась Миранда. – Ты боишься ехать в Барселону?
– Алехандро и Флора тебя защитят, – сказал Луис. – Они не позволят твоим бабушке и дедушке беспокоить тебя.
Изабель посмотрела на него с изумлением. Ее мысли были сейчас столь далеки от Мурильо, что она не сразу и сообразила, о чем идет речь.