Она начала судорожно искать способ договориться и выторговать лучшие условия капитуляции.
Ей надо как-то постараться сбить Покорителя с толку. Во все время их переговоров он осматривал ее простое платье с таким же выражением, как она обычно изучала пустой холст, чтобы увидеть, что в нем скрывается.
Бренну не особенно смущала потеря невинности. Она уже давно думала о том, что девственность является помехой в ее занятиях живописью.
Ее взгляд задержался на его высокой фигуре воина.
— Почему вам нужна я, а не моя сестра? — Вопрос вырвался у нее с языка почти помимо воли. Но ей хотелось это знать. Ведь все мужчины хотели Гвинет. А ее не хотел никто.
— А кто сказал, что я не хочу вас обеих?
Мерзавец!
— Разве ты только что не сказала, что я могу выбрать в качестве партнера в постели любую женщину?
Такого унижения она еще не испытывала.
— Стало быть, я должна пожертвовать собой и выполнять любые ваши капризы, а вы все равно можете превратить наш брак в фиктивный?
— Если ты будешь выполнять условия сделки и выполнять любое мое желание, наш брак не будет фиктивным.
— Отвратительно!
Он приблизился к ней и провел пальцем по ее ключице.
Она вздрогнула, и хотела отвернуться, но он успел схватить ее за подбородок и повернул лицом к себе.
— Не надо притворяться, что между нами ничего не происходит. Бренна, тебе незачем бояться, что я унижу тебя тем, что буду спать и с тобой, и с твоей сестрой. Мне интересна ты, а не она.
Бренна была поражена. Волна желания помимо ее воли прокатилась по телу. Она ему интересна? Со своим шрамом? Она сжала губы, не зная, как ей быть дальше, как обернуть это заявление в свою пользу. У нее не было опыта в соблазнении мужчин и подчинении их своей воле.
Не дав себе ни секунды задуматься, она дернула за тесемку, так что верх платья соскользнул вниз и стали видны ее груди и мягкая розовая кожа вокруг сосков.
Монтгомери втянул носом воздух.
Бренна улыбнулась. Его высокомерие оказалось не такой уж неприступной крепостью, как она раньше думала. Ручеек ее власти над ним слегка повернулся в ее сторону.
— Вы удивляете меня, миледи.
Глядя прямо ему в глаза, она снова потянула за тесемку, и платье опустилось еще ниже— под самые соски.
— Прежде чем я соглашусь на вашу дьявольскую сделку, я настаиваю на том, чтобы вы обошлись с моими сестрами честно и позволили им не выходить замуж.
Взгляд Монтгомери потемнел.
— Достаточно того, что им разрешили жить.
— Им не нужны мужья.
— Дворянкам положено выходить замуж.
— Я не позволю вам выдать моих сестер за людоедов.
— Я разрешу им выбрать из нескольких мужчин, но они должны выйти замуж. Мы договорились или нет?