— Отлично, — обрадовался я. — Значит, объяснять не придется. Твоя вина лишь в том, что оказалась такой дурой. Что тебе стоило пошевелить мозгами?
Она снова затрясла головой и приглушенно закричала, зажмурившись. Я вздохнул.
— Знаешь, я против тебя ничего не имею, — честно признался я. — И вообще, ты у меня идешь вне плана, хотя, какого черта? Ты бывала в Америке?
Дама затрясла головой и, собрав брови домиком, зарыдала, захлебываясь, пытаясь откашляться.
— И я не был. Но по слухам америкосы — деловые люди. Очень деловые. Им нашей души не понять. Но в одном они правы. Бизнес — есть бизнес. Но не бойся. Ты слышишь? Это чайки…
Беззвучный крик ударил мне в ладонь, когда я вдавил ее голову туда, под толщу воды, в зеленоватую тишину и покой. Она боролась изо всех сил несколько секунд и почти вырвала из пут одну руку, но потом ее трепыхания стали все слабее и слабее, пока не прекратились вовсе, с прощальными пузырьками и красноватыми разводами.
Я устало поднялся и с вялой усмешкой оглядел себя. Моя одежда была совершенно мокрой. Но это не имело значения. На улице шел ливень. Мне осталось только одно, последнее дело.
Не имело значения, что кто-то настойчиво звонил в дверь пару часов назад. На телефоне было семнадцать пропущенных вызовов. Мир чего-то хотел от Дамы, плавающей в собственной ванной, со сломанным носом и почти освободившей одну руку. Но, увы, она ничего не могла ответить. А я мог.
На часах было четыре утра, когда я набрал хорошо знакомый номер.
Юлия
— Миронов, ты идиот, — удрученно констатировала я. — Я из-за вас чуть заикой не осталась.
— Сама хороша, — язвительно парировал он. — Говорили же тебе, никуда не выходи одна. Нет, блин, поперлась…
Я стиснула зубы и промолчала. В принципе, он прав. Не уехали бы мы с Никитосом, не поставив в известность Миронова, не было бы у меня такой головной боли…
Головной ли?
Закрывая дверь квартиры, я услышала шорох за спиной. Верный оруженосец Семенов каким-то чудом проскочил в подъезд в тот момент, когда я утрамбовывала в машину багаж, и меня не заметил. Пролетев с разбегу мимо квартиры (мы все забываем прикрутить номер), он забежал на площадку выше и увидел меня, возвращающуюся за попугаем, и, по какой-то идиотской причине не стал меня окликать, а подкрался сзади. Как я не умерла на месте — не знаю.
Узнав, что случилось, Семенов вызвал шефа. Вести машину я была не в состоянии и доверила руль Семенову, но через пару сотен метров я оклемалась, увидев, как он разворачивается. Управлять моим оранжевым танком надо уметь, поэтому я согнала Семенова с водительского кресла и помчалась прочь от дома. Кирилл встретил нас во дворе, забившись в арку между домами, ежась, как мокрый воробей. И как только я вкратце рассказала ему о происшедшем, в голове выключилось слабенькое напряжение в шестьдесят ват.