Свободного времени у нас с Кофой по-прежнему было много, хоть отбавляй. В первый же вечер нас посетил посланец халифа Нубуйлибуни цуан Афии и сообщил, что ввиду особой срочности нашего дела владыка Куманского Халифата примет нас «всего» через полторы дюжины дней. Дескать, за это время халиф постарается смириться с мыслью о том, что его священное одиночество вскоре будет грубо нарушено, — цитирую дословно!
Меня чуть удар не хватил, но Кофа был очень доволен. Позже он объяснил мне, что полторы дюжины дней ожидания — это просто отлично, фантастическое везение! Оказывается, он был готов к тому, что ждать аудиенции нам придется как минимум три-четыре дюжины дней.
— Это — твоя удача, мальчик, — решил Кофа. — Или же твоя любовь к большим скоростям исподволь влияет даже на блистательного цуан Афию.
В тот вечер я был почти готов заплакать от злости. Но уже на следующий день после хорошей прогулки по Кумону — разумеется, на уладасе, а как же еще! — решил, что в неторопливом течении жизни есть своя, особая прелесть.
Пребывание в Куманском Халифате было моим единственным шансом научиться получать удовольствие от абсолютной праздности. Несколько дней спустя я с изумлением понял, что мне понемногу удается даже это.
Накануне нашего визита к халифу — как ни странно, мы все-таки дожили до этого чудесного дня — сэр Кофа Йох решил, что ему следует сделать умное лицо и обсудить со мной стратегическую линию нашего поведения. В связи с этим он нанес мне официальный визит. Прибыл на мою половину дома, возлежа на уладасе невероятных размеров. Про себя я тут же обозвал это до непотребности роскошное средство передвижения «лимузином».
— А как ты, собственно говоря, собираешься себя вести во время аудиенции, Макс? — озабоченно спросил он. — Мне, знаешь ли, пришло в голову, что меня это тоже касается.
— Но ведь мы уже все решили, еще в Ехо. Отдадим халифу нашего пленника, этого мстительного господина Кумухара Манулу, вы произнесете какую-нибудь прочувствованную речь о неземном наслаждении, которое мы якобы испытываем, получив возможность сделать великолепному владыке Куманского Халифата такой роскошный подарок, — ну, что-нибудь о торжестве справедливости, о каре, неизбежно подстерегающей всех изменников, бла-бла-бла… А потом я скажу, что могу привести в чувство этого несчастного дядю. Халиф наверняка захочет оказаться свидетелем чуда, и тогда я метну два Смертных Шара вместо одного. Один разбудит нашего пленника, а второй сделает более сговорчивым самого халифа, и он тут же прикажет выдать нам какую-нибудь магическую дрянь, способную разлучить нашего Мелифаро с его сладкими грезами. По-моему, все ясно.