И тут Вай-мир вскочил, издав горловой крик-предостережение:
— Йа-а-арг!..
Враг! Над тропой вайа — короткой чёрточки среди океана зелени — мелькнули тёмные очертания широких крыльев. Хищник легко, даже лениво, ускользнул за пределы видимости, но никто не сомневался, что он очень скоро вернётся. Ещё несколько раз звучало предостережение, передававшееся из уст в уста. Стражники натянули луки в ожидании. Птица появилась внезапно, летела она уже значительно ниже, потом свернула две из четырёх летательных перепонок и спикировала к земле. Мерыа услышала короткий щелчок тетивы, ему вторили ещё и ещё, с соседних вайа. Хищник закувыркался в воздухе и камнем упал вниз.
— Это ятрб,— пробормотал Вай-мир, усаживаясь на прежнее место. Его голова снова непрерывно поворачивалась во все стороны. Молодёжь, едва прожившая один круг, с писком соскальзывала уже с крупов вайа, спеша на поиски подстреленного мяса. Светло-зелёные тела их сразу же слились с лесной чащей. Кроны деревьев рассеивали солнечные лучи, превращая их в бесконечное множество дрожащих золотых пятнышек, раздражавших глаза. Мерыа вытащила из лежащей неподалёку кучи один большой лист с мелкими прожилками. Умело свернула из него колпачок и этой шапочкой прикрыла голову. Тепло расслабляло. Она свернулась клубочком, собираясь подремать. Женщина была спокойна и безгранично доверяла бдительности своего стража. Вдруг с конца каравана донеслись новые сигналы. Резкий, пронзительный свист, принёсший зашифрованные сообщения.
— Что?..— Мерыа очнулась. Вай-мир прислушивался.
— Ребёнок, который принёс ятрба, поскользнулся и упал в колею.
Мерыа громко вздохнула. Это наверняка был мальчик. Девочек на такие затеи не пускали. А мужчин было много. Даже слишком много.
— Какая расточительность,— проворчала она, думая о маленьком тельце, растоптанном и растёртом в бесформенную кашу. Что бы ни попало под тяжёлые туши вайа, после того как они прошли, этого уже нельзя было распознать. После погибшего ребёнка останется длинная влажная полоса, немного обломков костей и, может, какие-то обрывки кожи, которые насытят насекомых.
День был временем путешествия и отдыха. Мерыа то спала, то занималась какими-то мелкими делами, то попросту болтала с несколькими женщинами, делившими с нею широкую спину. Вскоре другой мужчина сменил Вай-мира на посту. Большеглазый страж жадно напился воды, хранившейся в скорлупе фруктов. Схватил кусок мяса и присоединился к другим мужчинам, пережёвывавшим свои порции. Между двумя кусками они обменивались обычными шутками и похвальбой. Иногда посвистывали и щебетали на охотничьем языке, бросая задорные взгляды на кучку женщин. И о чём только они могли говорить? Мерыа выпятила губы в снисходительной улыбке. Они тоже заслужили капельку личной жизни. Но вскоре мужская компания стала редеть. Они расходились в одиночку и парами, утомлённые долгой службой, сонные. Вай-мир лёг неподалёку от Мерыи, прикрыл глаза повязкой из кожи, и уже вскоре бока его стали ритмично подниматься, свидетельствуя о размеренном дыхании спящего. Но покой длился недолго.