Рассуждая таким образом, капитан пробирался по узкому, скользкому от грязи дощатому настилу вдоль улицы поселка, в котором был расположен штаб армии. До домика контрразведчиков было уже недалеко, когда из соседнего переулка неожиданно вышел майор Гришин и направился навстречу капитану. Когда они поравнялись, Астахов хотел было доложить своему начальнику о посещении генерала, но майор перебил его.
— Все знаю, — сказал он. — Я только что от разведчиков. Похоже, что замысел ваш удался. Поздравляю! А теперь у меня к вам дело. Знаете ли вы, что у Кедровой имеется отличный фотоаппарат?
— Да, конечно. Она этого и не скрывает.
— Что у нее — наш «ФЭД» или какая-нибудь заграничная штука?
— Наш «ФЭД».
— Ну, а как Кедрова фотографирует?
— Имел удовольствие у нее фотографироваться. Могу доложить — фотограф она отличный.
Майор попросил у Астахова зажигалку. Прикуривая, сказал, понизив голос:
— Поинтересуйтесь-ка ее пленкой. Она проявляет ее в фотолаборатории армейской газеты. Найдите повод посмотреть ее негативы... Были вы сегодня в редакции?
— Нет, не был.
— Ну, так зайдите непременно.
Гришин кивнул капитану и завернул за угол. Астахов пересек грязную улицу и направился на окраину поселка. Однако он не прошел и трехсот метров, как увидел вдруг Кедрову. Она выходила из армейской столовой.
«В редакцию я еще успею, — решил капитан. — Нужно воспользоваться случаем и поговорить с Наташей».
— А, Наталья Михайловна! — весело воскликнул он. — Далеко путь держите?
— К себе в штаб.
— Ну так нам с вами по пути. Не возражаете, если я пройдусь с вами немножко?
— Ну, что вы, товарищ капитан! Пожалуйста! Они пошли рядом. Капитан стал придумывать, как бы естественнее завести разговор на интересующую его тему. А Наташа, не глядя на Астахова, сказала:
— Знаете, товарищ капитан, когда меня называют по имени и отчеству, мне почему-то всегда кажется, что надо мной подшучивают.
— Почему так? — удивился Астахов.
— Не знаю. Лучше уж, по-моему, назвать просто по имени или по фамилии. В армии так больше принято.
— Похоже, что вы сегодня не в духе, — заметил капитан, пристально вглядываясь в утомленное лицо Наташи.
— Нет, я просто устала. Эти дни много приходится работать... А вы, кажется, в отличном настроении?
— Я всегда бываю в хорошем настроении, когда ясно понимаю, что происходит вокруг меня.
— Даже если плохое?
— Да, даже если плохое. Только я непременно должен разобраться во всем.
— Это удивительно! — С любопытством посмотрев на Астахова, Наташа улыбнулась и добавила: — Извините, но у вас очень самодовольный вид.