Капитан посмотрел на ученого и затем направился к пресвитеру. Тот тяжело и часто дышал, немного постанывая.
— Ты в порядке?
— Да. — ответил священник хрипло. — Со мной все хорошо. — он достал платок, вытер губы, и выбросил грязную испачканную материю в кусты. — Как Лаен?
— Кажется, он выздоровел.
Викториус встал. Его состояние и состояние ученого — кажется, они были связаны между собой. В них было что-то такое… труднообъяснимое.
— Это всегда происходит именно так? — спросил Валиндук.
— Нет. — ответил Малочевский, улыбаясь — Это не всегда происходит именно так, но всегда приходится платить цену.
Военный офицер с интересом смотрел на пресвитера. Тот производил впечатление человека, которому только что было очень плохо, но который, не смотря на это, был очень счастлив. Шатаясь и держась за живот, он подошел к своему рюкзаку, достал флягу с водой и принялся полоскать рот.
— Я бы посоветовал тебе беречь жидкость. — произнес капитан, наблюдая за тем, как священник выплевывает воду на землю.
— Я учту твой совет. — ответил Викториус, продолжая избавляться от неприятного привкуса с помощью воды из фляги.
— Как ты себя чувствуешь?
— Я же сказал — со мной все хорошо.
— Ты можешь идти?
— Да, — покачал головой пресвитер, — я могу идти. Только дай мне совсем немного времени.
— Хорошо.
Валиндук никак не мог нарадоваться на этого святого человека, на данный момент времени решившего все его проблемы. Он повернулся и обратился к ученому.
— Ты сможешь идти, Лаен?
— Я думаю, что смогу. — ответил Акрониус, разведя руками в стороны. — Я, в общем-то, чувствую себя превосходно.
— Тогда тушите костер. — громко произнес капитан. — Мы продолжаем эту чертову экспедицию.
Группа собрала свои вещи и приготовилась к дороге. Викториус пришел в себя. Лаен окончательно убедился в том, что он реально выздоровел и способен идти. Он взял прибор, которым для ориентировки постоянно пользовался Франкл — тем самым, продолжив эстафету. Теперь он определял направление. Впрочем, направление здесь было только одно — прямо по дороге.
Ученый взвалил на себя рюкзак и уставился в экран теплового радара, подняв его с земли. Он надеялся, что это чудо техники тоже до сих пор работало. Мимо проходил Малочевский.
— Знаешь, — обратился к нему Акрониус, — очень странно, что мое тело так быстро смогло восстановить все поврежденные и умершие клетки. Никаких следов от нарывов — так не бывает.
— Да. — ответил пресвитер. — Знаю. — погладив пальцами правой руки свою левую щеку, он добавил: — Послушай, Лаен, тебе даровано время сверх того, которое тебе было определенно изначально. Я советую тебе с пользой провести его. Не упусти этот последний шанс.