— В чем хотите меня обвинить?
— Обвинение будет после, а сейчас давай кое-что выясним. Я стану приводить факты. Ты будешь или подтверждать их, или опровергать. Да или нет. Третьего не дано.
Бирюков раскрыл папку и подал Васе протокол с показаниями Борьки Муранкина о проигранном в карты золотом кольце. Вася, словно заучивая наизусть, долго читал написанное. Возвращая протокол, буркнул.
— Это не факт… На днях я отобрал у ребят сигареты, вот Борька по злости и плетет на меня.
— Ты знаешь Борину маму?
— Нет. Кроме тети Маруси, я никого в райцентре не знаю.
— Это тебя и подвело. Выигранное у Бориса колечко ты продал его же маме — она на вокзале мороженым торгует.
Цветков вроде бы растерялся, но упрямо повторил:
— Ничего я не выигрывал и не продавал.
— Откуда, в таком случае, Муранкина узнала, сколько у тебя было денег? — спросил Бирюков и, заметив, как Вася насторожился, пояснил: — Мороженщица говорит, что заплатила тебе за свое же кольцо пятьдесят рублей. Если к тем деньгам, которые обнаружены у тебя при задержании, приплюсовать стоимость купленного тобою билета до Новокузнецка, то как раз пятьдесят рубликов и получается. Чем объяснишь такое совпадение?
— Не знаю. Наверное, случайность…
— Случайных совпадений, Вася, бывает немного. Позавчера на твоем стуле сидела Галина Тюменцева и пыталась доказать, что случайно пошла за огород и обнаружила там угнанный у нее мотоцикл… В действительности, как выяснилось, пошла она туда совсем не случайно, а по записочке, которую ей подсунули. Не ты написал записку?
Цветков натянуто усмехнулся:
— Ничего я не писал.
— Следователь прокуратуры брал у тебя образец почерка?
— Ну… брал.
— Как у тебя в школе с русским языком было?
— Нормально, без ошибок писал.
— А записка, подсунутая Тюменцевой, написана с ошибками. Только вот почерк… — Бирюков умышленно сделал паузу, и Вася не сдержался:
— Какой там почерк…
— Тебе разве известно, что записка написана печатными буквами? — спокойно спросил Антон.
Цветкова словно укололи:
— Я так не говорил!
— Как?
— Что записка печатными буквами написана.
— Но знать-то об этом знаешь.
— Ничего я не знаю! — Вася опустил глаза. — В прокуратуре следователь допытывался, кто Ирку Крыловецкую утопил. Вы начинаете загадывать ребус про мотоцикл Тюменцевой и какую-то записку. Я не отгадчик…
Бирюков взял из подставки карандаш. Рисуя на листке перекидного календаря большой вопросительный знак, заговорил:
— К сожалению, отгадывать приходится нам со следователем, а вот загадали этот «ребус», судя по имеющимся фактам, вы с Воронкиным. Знаешь брата Галины Тюменцевой?