Как и предполагал Раше, из первой машины вылез Мак Комб, упакованный в бронежилет. В руке он держал громкоговоритель.
Я капитан Мак Комб из Нью-Йоркского Управления Полиции, — заявил он. — Этот район оцеплен — вы окружены! Даю десять секунд на то, чтобы добровольно сдаться, или мы возьмем вас силой!
Шефер сошел с тротуара на проезжую часть. В одной руке он сжимал М-16, в другой была маска.
— Ты не ведаешь, что творишь, Мак Комб! — выкрикнул Шефер. — Этих тварей надо остановить!
— Что за...? Мак Комб уставился на Шефера, потом схватил из машины автомат и прицелился в Шефера. — Шефер? Ты возглавляешь это?
— Должен же кто-то!
— На этот раз ты проиграл, Шефер, — орал капитан. — Кажется, мне придется применить суровые меры для твоего задержания. Но мне это по душе. — Он поднял автомат. — Даю тебе последний шанс, брось...
Из своего укрытия Раше видел, что тут в одно время произошло несколько вещей.
Шефер внезапно дернул головой и схватился за вживленный в шею датчик.
Мак Комб замер на полуслове и уставился на авеню, открыв рот.
В воздухе появилась огромная тень и тотчас поглотила всю улицу.
Шефер, превозмогая боль, повернул голову в сторону корабля, тяжело опустившегося посреди Третьей авеню. Его киль воткнулся в асфальт, причудливой формы корпус заполнил собой всю улицу, почти касаясь зданий с обеих сторон. Маслянистое черное пятно красовалось на белом корпусе в районе хвоста — отметина, оставленная орудием а.
— Ладно, теперь за дело. К нам пожаловали гости.
Несколько секунд царило гробовое молчание. Все, стоявшие на улице и спрятавшиеся в парадных, рассматривали пришельцев. Корабль не опускался на землю, он просто неожиданно появился. «Наверно, он приземлился невидимым, — решил Раше, — и выключил свои защитные экраны, оказавшись уже на улице». У него по спине опять пополз холодок. Пришельцы не скрывались, что говорило о многом.
Первый залп голубого огня обрушился на полицейскую машину, и она взорвалась бело-голубым огнем, а мгновение спустя уже полыхала желтым пламенем горящего бензина. Полицейские опомнились и разбежались во всех направлениях а поисках укрытия.
Это было начало. Эхо еще не замерло, когда начался сущий кошмар. Со всех сторон засверкали бело-голубые вспышки, подбрасывая машины, как игрушки. фасады зданий рушились. Шефер бросился, уворачиваясь от осколков, к ближайшему укрытию около двери фотомагазина.
— Вот, черт, похоже, они недовольны, — ругнулся Шефер, прислонясь к двери магазина.
— Это не шутки, Шефер, — закричал Раше. — Они собираются разнести полгорода!