Наследница богов (Лазарева) - страница 65

Кряхтя и сморкаясь поднялся Бороман, потянулся. Зевнул, открыв миру ровные ряды крупных, безукоризненно белых зубов. Он так и спал в кольчуге и при мече.

— Хе… Легко с твоей волшбой скрываться от лишних глаз и ушей, — добродушно хохотнул он, обращаясь к безучастному эльфу.

— Не волшба, — слабо попытался протестовать тот. — Сама земля.

— Да конечно! — саркастически ухмыльнулся гном. — Она сама все сообразила, создала образ погибшего, какого надо, и успокоилась. Хе… Понимаем! Однако надо уже идти.

Это понимали все, даже собаки. Они разом поднялись и направились к путникам. Эльфова собака (это оказалась сука, которая удивительно быстро привязалась к новому хозяину. Тот сообщил, что прежний хозяин был убит прямо во дворе игорного дома, и собаку никто не решался ни взять себе, ни прогнать вон. Откуда он узнал? Кто знает! Может, просто поговорил со зверем) подошла и сама подлезла под седло. Хозяин потрепал ее за ушами, наклонился, сказал что-то, она завиляла хвостом и улыбнулась в ответ, вывалив сырой язык. Бороманов волкодав тяжело вздохнул несколько раз, прежде чем позволил взнуздать себя. Светкин легавый легко зевнул, поглядывая хитрым глазом на хозяйку, копнул лапой землю, показывая всем видом, что совершенно готов к езде прямо сейчас. Навьюченная провизией четвертая собака никак не хотела собираться, ворчала, опускала морду к земле и сбрасывала с нее передними лапами что-то невидимое. Но и ее уговорили.

И тогда Эльф приложил палец к губам, прислушался, навострив острые уши, одобрительно кивнул — никого поблизости, можно двигаться дальше. Лишь после этого они тронулись в дорогу, выпустив перед собой путеводный ариаднин солнечный лучик.

Едва выбрались на дорогу, Бороман спросил:

— А скажи, дражайший ты наш Эльф, почему ты вчера не пошел с нами в игорный дом? Неужто не интересно? Ведь никогда ж не был, признайся! И не попадешь, уж, наверное.

Светлейший изумленно воззрился на гнома:

— Я не бываю там, где многолюдно. Сильно пахнет. Отбивает обоняние.

Дорога, тянувшаяся вдоль пустошей, поросших мелким разнотравьем, свернула в сторону, туда, где начинались густые поросли злаковых, перемежавшиеся редкими низкорослыми посадками лиственных деревьев. Но путеводный лучик свернул на едва приметную тропку и побежал значительно медленнее, словно крадучись. Сейчас же браслет на Светланиной руке предупреждающе вспыхнул и сдавил запястье. Не сильно. Слегка. Она притормозила бег своего пса и подала знак товарищам: осторожнее. Пошли, то и дело оглядываясь. Эльф проехал немного вперед, приостановился и некоторое время втягивал чувствительным ноздрями воздух, пошевеливал ушами, вздохнул, качнув головой — все чисто.